Экс-министр обороны Грузии Дмитрий Шашкин решил остаться за границей. Бывший чиновник от «Национального движения» опубликовал послание к грузинской общественности, где он объясняет причины своего поступка. В Тбилиси гадают, кто станет следующим "невозвращенцем".
Дмитрий Шашкин уехал и ни о чем не сожалеет – так заявил сам бывший чиновник, занимавший в различное время в Грузии посты министров – по исполнению наказаний, образованию и обороны. "Я уезжаю с надеждой вернуться", – написал Шашкин на своей официальной страничке в Facebook. Экс-министр добавил, что прожил "четыре самых счастливых года своей жизни в правительстве Михаила Саакашвили", и они все вместе сумели добиться расцвета Грузии. В письме он просит не верить "невероятным историям", которые, возможно, будут распространять о нем некие люди, а само письмо заканчивает трогательным "ваш Дима".
О том, что Шашкина нет в Грузии, стало известно вскоре после того, как "Грузинская мечта" одержала победу на выборах. Представителям Шашкина тогда пришлось оправдываться: министр, дескать, находится в командировке в США. Где сейчас находится "невозвращенец Дима", сказать трудно. Проникновенность и медоточивость послания Шашкина глава комитета парламента по обороне и безопасности Ираклий Сесиашвили не оценил:
"Если господин Шашкин окажется виновным в совершении какого-либо преступления, то ему от правосудия не скрыться. В любом случае покидать армию вот таким образом – это неприемлемо и безответственно".
Your browser doesn’t support HTML5
Грузинский "невозвращенец" Шашкин
Именно определение "безответственный" не сходило сегодня с уст политиков и экспертов, которые вынуждены были оценивать поступок Дмитрия Шашкина. Свое нежелание делить с родиной горести и радости экс-министр объяснил некими "идейными расхождениями" с новым руководством страны. Бывшие соратники Шашкина из "Национального движения" почти весь день старались уклоняться от разговоров на эту непростую тему. Депутат от "националов" Гиви Таргамадзе тоже не стал говорить ничего определенного:
"Я не знаю, обо всем лучше всего спросить самого Дмитрия Шашкина. Может быть, он работу нашел, сотрудничает с международными организациями. А может быть, и вправду сбежал, я за него говорить ничего не могу".
Дмитрий Шашкин – первый из высокопоставленных грузинских чиновников, открыто заявивший о том, что он выбрал тяжкий эмигрантский хлеб. В "отпусках" и "загранпоездках" также числятся бывший министр юстиции Зураб Адеишвили, экс-министр внутренних дел и обороны Бачо Ахалая и его брат – заместитель Шашкина и бывший глава Департамента конституционной безопасности Дата Ахалая. В эпистолярном жанре они пока не упражнялись, но аналитик Гоги Хуцишвили не исключает, что скоро грузинская общественность узнает и об их нелегком решении:
"Я думаю, за Шашкиным последуют многие. Его поступок и поступки его бывших коллег дают нам ясно понять, как работала система при Михаиле Саакашвили. Это не только безответственность, это – преступление. Людей, которые проявили такую трусость, нельзя пускать обратно в страну".
Какие обвинения могут быть предъявлены Дмитрию Шашкину? Глава совета Ассоциации молодых юристов Тамар Чугошвили оценивает весь период работы Шашкина на посту и пытается обрисовать список возможных претензий к чиновнику. Это и пытки заключенных в бытность его главой пенитенциарной системы, и давление на учителей, которое осуществлялось, пока он возглавлял Министерство образования. Стоит изучить, как работал Шашкин во время кратковременного пребывания на посту министра обороны, считает Тамар Чугошвили:
"Что бы он там не написал в письме, это имеет второстепенное значение. Главное то, что ему могут предъявить следователи. Если доказательств будет достаточно, ему придется отвечать перед законом".
Имя Дмитрия Шашкина, наряду с другими покинувшими страну чиновниками–"националами", часто звучало на митингах недавней оппозиции и демонстрациях молодежных движений – все они требовали предать суду уже бывших министров.
"В современном мире достать можно кого угодно в любой точке мира", – говорит депутат от "Грузинской мечты" Леван Бердзенишвили. При этом он добавляет, что если следствие ничего не обнаружит, то новоявленный невозвращенец вполне может жить за границей, "если он любит родину только тогда, когда занимает пост министра".