ПРАГА---В четверг вечером 19 марта в соответствии с распоряжением президента Азербайджана Ильхама Алиева 90 человек освободили от дальнейшего отбывания тюремного наказания. Еще четыре человека были освобождены от выполнения исправительных работ. Семеро осужденных освобождены от наказания в виде выплаты денежных штрафов. Помилование было приурочено к государственному празднику Новруз байрам, и в этом году по случаю праздника дни с 20 по 28 марта объявлены нерабочими.
Между тем местные правозащитники недовольны распоряжением о помиловании. Всего правозащитниками на помилование было представлено 30 политзаключенных, но освобождены только четверо. Буквально за один день до подписания документа о помиловании брату оппозиционного активиста Фараджа Керимли Сираджу Керимли вынесли обвинительный приговор, несмотря на то, что он был арестован по ошибке. «Еще одним гвоздем в гроб свободы слова в Азербайджане» назвала обвинительный приговор международная правозащитная организация Amnesty International. В Азербайджане практически полностью обезглавлена оппозиция. Но больше всего пострадала гражданская активность, считает политолог Арастун Оруджлу.
Your browser doesn’t support HTML5
Арастун Оруджлу: «Власть устраняет оппонентов»
Арастун Оруджлу: Дело в том, что изоляция оппозиционеров, активистов гражданского общества и даже очень активных независимых журналистов – это всеобщий процесс, который направлен, по нашей оценке, на разрушение системы общественно-политических отношений в стране. Это такой последовательный процесс, который длится уже в течение последних десяти лет, причем по всем составляющим. Т.е. там и правовой аспект, пересмотр или передел законодательных актов, законов, касающихся деятельности медиа, оппозиционных и политических партий, а также гражданского общества. Эти процессы шли поэтапно и в конечном итоге перешли фактически на массовые аресты. Безусловно, во многих случаях все обвинения носили явно сфабрикованный характер, т.е. были задействованы известные статьи – наркотики, хулиганство, правда, несколько человек еще были обвинены в измене родине, сотрудничестве с армянскими спецслужбами и т.д. То есть это коснулось фактически всех участников общественно-политической системы страны.
Как видно, власти в этом смысле в последнее время особенно ожесточились, потому что возникли большие проблемы как во внутренней политике, в экономике, так и во внешней политике в тот момент, когда Азербайджан встал перед выбором: либо интеграция в евроатлантическое пространство, либо в новые российские структуры – Таможенный союз или Евразийское экономическое сообщество. Началась жесткая политика выведения из строя фактически всех реальных, потенциальных и даже воображаемых оппонентов власти.
Этот процесс продолжается, и на сегодняшний день он больше сфокусирован на гражданском обществе, нежели на оппозиции, потому что оппозиция к тому времени была уже достаточно ослаблена, она фактически поставлена в положение вне игры, основной интеллектуальный контингент более или менее оппозиционно или независимо настроенных лиц был сконцентрирован в гражданском обществе. И вот последний шаг властей – наступление на гражданское общество, и на сегодняшний день несколько судебных процессов проходят именно над активистами гражданского общества. Безусловно, это общий процесс, который, как я уже отметил, по нашей оценке, направлен на полное разрушение системы общественно-политических отношений и создание безальтернативности.
Амина Умарова: Вы думаете, что правоохранительные органы Азербайджана действуют по указке Ильхама Алиева? Или они, предупреждая, занимаются этими арестами, изолированием и дезактивацией общественного движения и активистов?
Арастун Оруджлу: Судя по тому, что обо всех политических арестах или политических заключенных переговоры со стороны международных организаций или европейских государств, официальных лиц Соединенных Штатов ведутся на уровне главы государства, не может быть такого, чтобы правоохранительные органы в этом деле были самостоятельными. Я это исключаю, потому что в Азербайджане то, что касается политики даже косвенным образом, ни в каком случае не может быть прерогативой каких-либо органов, и правоохранительных в том числе. Я думаю, что это всеобщий процесс, о котором принято политическое решение, безусловно, на уровне руководства страны. Правоохранительные же органы являются только исполнителями.
Амина Умарова: Во время всех этих арестов происходят ошибки. В деле Фараджа Керемли сначала арестовали по ошибке его брата Сираджа, а когда выяснилось, что это не тот человек, потом уже арестовали самого Фараджа, но при этом не освободили Сираджа, арестованного по ошибке. Как вы думаете, почему правоохранительные органы не исправляют даже таких явных ошибок? Это же очень грубая ошибка. Почему его не отпустили, когда все выяснилось?
Арастун Оруджлу: Да, это грубая ошибка, но я не думаю, что правоохранительные органы самостоятельно принимали это решение. Политическое руководство страны считает, что даже исправление каких-то собственных ошибок – это как бы шаг назад, а любое отступление неминуемо приведет к тому, что политические оппоненты властей перейдут в наступление. То есть такой принцип – ни в коем случае не отступать. Правильно было принято решение или нет, допущена ли грубая ошибка, – не имеет значения. То, что мы сделали, это все правильно. Я вам приведу другой пример: например, Хадиджу Исмаил, журналистку Радио Азадлыг, арестовали по обвинению в доведении до самоубийства. Ее держали под стражей, и почти через два месяца против нее были выдвинуты обвинения по совершенно другим четырем статьям, касающимся незаконной предпринимательской деятельности, отклонения от уплаты налогов и прочее. Совершенно невообразимо, как можно человека сначала обвинить в одном преступлении и по данному обвинению принимать решение об аресте, а потом, после того как человек отсидел под стражей два месяца, выдвинуть совершенно другие обвинения, которые с первым не имеют даже косвенной связи.
Это не новая практика, потому что в 2005 году в Азербайджане были арестованы два министра – экономики и здравоохранения. В то время первое обвинение, которое было выдвинуто совместно с правоохранительными органами страны, т.е. Министерством внутренних дел, Генеральной прокуратурой и Министерством национальной безопасности, заключалось в попытке государственного переворота. В конечно итоге оба министра были осуждены по обвинению в коррупции. Получается, что то обвинение, по которому они были арестованы 10 лет назад, по сей день не доказано, это преступление не раскрыто, или его, скорее всего, и не было. Таких нелепых моментов можно найти десятками в практике правоохранительных органов, и это прямое доказательство того, что они работают по указке, просто выполняют политический заказ руководства страны, и все это делается на очень непрофессиональном уровне. Но реальность такова, так, к сожалению, выглядят правоохранительные органы.