Парламент Южной Осетии вынес постановление о политико-правовой оценке деятельности подконтрольной Тбилиси администрации под руководством Дмитрия Санакоева. Депутаты считают, что таким образом власти Грузии пытались установить контроль над республикой. В документе сказано, что руководство этой структуры является соучастником грузинской агрессии.
Югоосетинский парламент дал политико-правовую оценку деятельности созданной Тбилиси так называемой временной администрации Южной Осетии под руководством Дмитрия Санакоева. Законодатели работали над документом несколько месяцев. В нем отмечается, что «власть Грузии при всех режимах вела и ведет целенаправленную борьбу против южных осетин, конечная цель которой истребление, изгнание или полная ассимиляция этого этноса».
Для того чтобы распространить на территорию Южной Осетии свою власть, спецслужбы Грузии и создали марионеточную структуру – так называемую временную административную единицу, считают народные избранники. В постановлении сказано, что структура действовала в пользу агрессора, «развязавшего полномасштабный террор… проводившего пропаганду насилия и войны, учинившего попытку физического уничтожения народа Южной Осетии». А потому парламент расценивает ее деятельность как соучастие в геноциде, измене родине, попытке насильственного захвата власти, экстремисткой деятельности, терроризме, шпионаже и создании незаконных вооруженных формирований. Согласно югоосетинскому законодательству, все это тяжкие и особо тяжкие преступления.
Your browser doesn’t support HTML5
Вопросы есть не ко всем
Вице-спикер и глава парламентского комитета по безопасности и обороне Дмитрий Тасоев говорит, что документ будет направлен в правоохранительные органы республики:
«Это делается для дальнейшего тщательного расследования всех без исключения преступлений, совершенных сотрудниками этой организации и их грузинскими кураторами. Материалы будут направлены в Верховный суд РЮО, в российские и международные суды, включая Интерпол».
Депутат от «Народной партии» Амиран Дьяконов активно участвовал в разработке документа и даже внес ряд поправок. Однако, по его словам, они носили скорее стилистический характер. Создание временной прогрузинской администрации было частью государственного террора Грузии по отношению к южным осетинам, считает Амиран Дьяконов:
«В свое время так называемый грузинский анклав был превращен в аналог Панкисского ущелья – рассадник терроризма, откуда планировались и проводились террористические акты на территории Южной Осетии и политика государственного террора, исходящая от руководства Грузии… Она была связана с планами Грузии по созданию неприемлемых условий для проживания народа Южной Осетии и принятия политических требований Грузии, которые включали отказ от независимости. Создание вот этой администрации было частью государственного террора Грузии по отношению к народу Южной Осетии. Люди, сотрудничавшие с этой террористической организацией, безусловно, причастны к геноциду осетинского народа».
Амиран Дьяконов добавил, что в ходе работы над постановлением к депутатам обращалось множество людей, которые выражали им свою поддержку. «Парламент сделал то, что должен был сделать», – считает депутат.
Владимир Санакоев, приписывающий себе идею создания проекта и занимавший должность министра информации печати, науки и новых технологий в прогрузинской администрации, постановление парламента читал. Он говорит, что Южная Осетия не сможет его преследовать по линии Интерпола:
«Грузии все равно, какие постановления принимает парламент Южной Осетии. Что касается Интерпола, то Южная Осетия не находится в политико-правовом международном пространстве, не является членом Интерпола, поэтому они не могут нас преследовать через эту структуру».
По его словам, последние пять лет он проживает во Владикавказе и проблем с российскими правоохранительными органами у него не возникало. Впрочем, около четырех месяцев назад Санакоева неожиданно вызвали в управление Генпрокуратуры России по Северной Осетии по запросу югоосетинской стороны. Предметом разговора стали обвинения, предъявляемые Цхинвалом Санакоеву, а именно попытка захвата власти, измена родине и экстремизм. Мой собеседник не считает их обоснованными:
«Президент Медведев в 2008 году заявил, что до 26 августа Южная Осетия была территорией Грузии. В таком случае вопрос: чья власть была законной – Эдуарда Кокойты или Дмитрия Санакоева?»
За прошедшие пять лет Владимир Санакоев несколько раз бывал в Тбилиси, пытаясь вернуть квартиру в центре грузинской столицы, полученную от бывших властей. Однако осенью прошлого года его не пустили в страну, забрав на границе грузинский паспорт:
«Паспорт мне не вернули, но я как был, так и остаюсь гражданином Грузии. Меня гражданства никто не лишал. Кроме того, я имею и российское гражданство», – говорит он.
Кроме Владимира Санакоева, Грузию также покинули братья Каркусовы. Урузмаг Каркусов возглавлял МВД в так называемой временной администрации Южной Осетии, а его брат Янек работал в службе безопасности. По неофициальной информации, они вначале проживали в Северной Осетии, затем подались за рубеж. Министр экономики прогрузинской администрации Теймураз Джерапов был арестован в Цхинвале в 2010 году и осужден на 18 лет лишения свободы. В 2013 году он был помилован президентом и освобожден из-под ареста. В настоящее время Джерапов проживает в Грузии. С лета прошлого года находятся в заключении в цхинвалской тюрьме братья Игорь и Батыр Пухаевы, работавшие советниками в администрации Санакоева.
Впрочем, вопросы у югоосетинских правоохранителей есть не ко всем. По неофициальной информации, многие из тех, кто был связан с прогрузинской администрацией, вернулись в Южную Осетию, некоторые из них даже работают в органах власти Ленингорского района.
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия