В канун международного Дня музеев в Тбилиси открылась выставка авангардного искусства. Национальный музей Грузии отобрал наиболее интересные работы, хранящиеся в его архивах. Сама экспозиция посвящена Илье Зданевичу – теоретику авангарда, писателю, издателю и художнику, чье творчество напрямую связано с Грузией. Любители авангардного направления в живописи смогут наслаждаться выставленными полотнами до середины июля.
Прямоугольники, квадраты, треугольники, шары – в этих цветных геометрических фигурах на полотне не сразу распознаешь женское обнаженное тело. Только сделав пару шагов назад от картины, глаз, скользя по острым угловатым линиям, начинает различать вполне конкретные детали – очертания груди, рук, бедер женщины, наблюдать игру цвета и тени. Всматриваясь дальше, глаз замечает движение – резкое, агрессивное, бескомпромиссное, замершее будто лишь на секунду для того, чтобы художник успел запомнить его. Геометрические фигуры ритмично вторят друг другу, создавая из пустоты полноценный образ. Это работа Кирилла – брата Ильи Зданевича, с лаконичным названием «Ню».
Your browser doesn’t support HTML5
Авангард на примере петухов и рассветов
Авангардное искусство – это в первую очередь отражение эпохи, говорит куратор экспозиции Нана Шервашидзе, желание артистов идти в ногу со временем, а то и впереди него. Нужно понимать, что авангардизм – обобщающее название течений в мировом искусстве, возникших на рубеже XIX и XX веков. Это период, говорит Шервашидзе, начала технического прогресса, больших перемен и движения. Период, когда искусство вышло за рамки его классического восприятия, а артисты, движимые желанием создать новый порядок мира, новый разговорный язык искусства, стали искать совершенно новые формы самовыражения. Авангардисты, хотя сами себя они так не называли, – были людьми свободными, неординарно мыслящими, говорит Шервашидзе, что поначалу играло на руку советской власти:
«Советская власть какое-то время пользовалась «свободным человеком» для продвижения своей пропаганды, однако через какое-то время он стал ей не нужен. Поэтому практически все авангардисты либо уехали, либо были расстреляны или переселены, как Кирилл Зданевич, например, или попытались как-то приспособиться и продолжили потихоньку развиваться, как Роберт Фальк, к примеру».
«Жизнь кукол» Шалвы Кикодзе
В 30-х годах, продолжает Шервашидзе, когда власть осознала, что авангард может быть опасен для системы, в Москве был закрыт Музей европейского искусства. Впрочем, работы «помиловали» – их разослали по бывшим республикам СССР. Так, в Национальный музей Грузии попало немало очень значимых полотен. Среди них, например, первая абстрактная работа Василия Кандинского – картина, в которой нет ни намека на реальность, лишь буйство красок, подчиненное задумке автора. «Абстрактное искусство создает новый мир, который внешне не имеет ничего общего с реальностью. По сути, оно подчиняется внутренним законам космического мира», – писал сам Кандинский.
На экспозиции, открывшейся вчера, можно увидеть около 100 работ. Среди их авторов – Казимир Малевич, Ладо Гудиашвили, Зига Валишевский, Шалва Кикодзе, Кирилл и Ильи Зданевичи, а также Нико Пиросмани. Его творчество, кстати, одним из первых оценил именно Илья Зданевич. Рассказывает Нана Гогелия – старший куратор информационных коллекций:
работы Нико Пиросмани
«Первая выставка братьев Зданевичей прошла здесь (в музее) в 1989 году. Тогда вдова Ильи Зданевича – Элен Дуар подарила музею очень много интересных работ, выставленных сейчас, и вещей. Это, например, два дневника Ильи Зданевича, включающие его воспоминания о Нико Пиросмани. В них он записывал свои впечатления о художнике, когда Нико писал его портрет».
Грузинские авангардисты обладают особой, распознаваемой индивидуальностью, говорит Нана Шервашидзе. В то же время каждый из них – самобытен и интересен по-своему.
«Очень различаются видения Ладо Гудиашвили и Давида Какабадзе. У Гудиашвили – это символизм, восточный гедонизм, модерн, их слияние создает особый художественный мир. А у Какабадзе все очень рационально. То есть подход этих художников, их стремление изобразить мир по-новому очень различаются в Грузии, а в западной культуре, конечно, еще больше», – говорит Шервашидзе.
Несмотря на то, что, казалось бы, все экспонаты, хранящиеся в архивах, уже давно пронумерованы и занесены в картотеки, музей до сих пор периодически находит что-то новое, рассказывает куратор. Совсем недавно в ходе инвентаризации был демонтирован стеллаж, за которым сотрудники музея нашли аккуратно свернутые в трубочку листы.
куратор экспозиции Нана Шервашидзе
«Если бы стеллаж не демонтировали, эти работы невозможно было бы увидеть. Я предполагаю, что они могут быть из архива Дмитрия Гордеева – он был одним из участников тбилисского авангарда и завотделом русского искусства нашего музея. Он был репрессирован. Так что мне совершенно понятно, почему он мог спрятать эти работы. Сейчас это, конечно, смешно, но тогда из-за какой-то картины можно было попрощаться со всем».
Автор этих работ неизвестен. Про такое люди, далекие от искусства, как правило, говорят, что без труда смогли бы нарисовать подобное, а может, даже лучше – точка, точка, запятая... Понимать такие работы – это как читать между строк: просто слышать музыку стиха или же вдумываться в его содержание, говорит Шервашидзе. Это тонкости восприятия информации – визуальной или вербальной. Так, услышав фразу «петух кукарекает», кто-то представляет просто петуха, а кто-то видит, как гаснет последняя звезда на небе и наступает рассвет. И, если уж разглядеть скрытый смысл в картине совсем не получается или не хочется, всегда остается альтернатива, говорит Шервашидзе: просто получить эстетическое удовольствие от ярких красок на полотне.