Избрание Дональда Трампа президентом США имело эффект глобального психологического взрыва. Как в Америке, так и в остальном мире кто-то был в панике, кто-то – в эйфории, а кто-то – в недоумении. Автор этих строк относился к третьей категории.
Причины этих реакций не столько в идеологии, которой у Трампа на самом деле нет, сколько в его личности. Она делает его неприемлемым для американской образованной элиты, но те же качества – в том числе, неприемлемость для элиты – вызывают энтузиазм сторонников.
Здесь не место углубляться в феномен Трампа и в то, что он означает для будущего американской демократии. В Грузии, естественно, более всего интересуются его внешней политикой. Его лозунг «Америка прежде всего» можно было понять как возврат к изоляционизму, отказ от роли США как защитницы либерального мирового порядка. Он отказывался критиковать Путина и обещал с ним подружиться и принижал значение НАТО, не говоря уже о Евросоюзе. Поскольку небольшая и уязвимая страна вроде Грузии зависит от западной и прежде всего американской поддержки, повод для беспокойства был серьезный.
Your browser doesn’t support HTML5
Сто дней спустя: Дональд Трамп и мировой порядок
За высказываниями Трампа можно было вычитать стратегию, основанную на реал-политике киссинджеровского типа. Америка должна бросить заниматься глупостями вроде всеобщей поддержки демократии и сфокусироваться на реальных опасностях. Таких Трамп видел две: в близкой перспективе – исламский радикализм, а конкретно – «Исламское государство», и кризис в Сирии и Ираке, в более долгосрочной – Китай, который угрожает стать главным геополитическим соперником Соединенных Штатов и к тому же отнимает рабочие места у американских трудящихся. В обоих случаях Россия может быть полезной союзницей: она, в отличие от американцев и европейцев, готова воевать в Сирии и может уравновесить опасный Китай. Так что стоит заключить с ней альянс точно так же, как в 1970-м Никсон, по совету Киссинджера, решил сблизиться с коммунистическим Китаем, чтобы уравновесить тогдашнего главного соперника – Советский Союз. Стоит ли портить отношения с Россией из-за какой-то там Украины, не говоря уже о Грузии? Не правильнее было бы обменять санкции против России на какие-то конкретные шаги в американских интересах?
Сто дней спустя эта стратегия развеялась как дым. Мы не знаем, почему это случилось: изменился баланс сил в окружении Трампа или он слишком эмоционально отреагировал на химическую атаку осмелевшего Башара Асада против своих же граждан? Одноразовая американская бомбардировка сил Асада практически ничего не изменила в этом конфликте кроме того, что на какое-то время похоронила перспективу нового американо-российского сближения. Теперь все в один голос говорят, что двусторонние отношения давно не были так плохи – т.е. они намного хуже, чем при Обаме. Параллельно Трамп, кажется, нашел общий язык с лидером Китая, так что необходимость уравновешивать Китай Россией стала менее актуальной.
На этом фоне Палата представителей США принимает решение запретить своему правительству помогать странам, которые решили признать независимость Абхазии и Южной Осетии, т.е. территорий, которые Россия отторгла от Грузии. Новый бюджет также предусматривает выделение ста миллионов долларов на поддержку гражданского общества в постсоветских странах, что поможет им противиться российскому влиянию.
Есть еще один момент. Трамп вряд ли будет особо беспокоиться о том, насколько демократично правят той или иной страной. Например, он поспешил поздравить Эрдогана с победой в референдуме, хотя его результат точно сделает его страну более авторитарной. Для Трампа гораздо важнее сохранить Турцию союзницей, особенно на фоне ухудшившихся отношений с Россией. Получится это или нет, неизвестно – Эрдоган человек сложный, но у Трампа больше шансов, чем было бы у более либерального президента. По этой же логике Трамп может восстановить разлаженные при Обаме отношения с еще более авторитарным Азербайджаном. Все это плохо для демократии, но может сделать Грузию несколько более защищенной.
Пока кажется, что при новом президенте Грузия может рассчитывать на уровень американской поддержки точно не ниже, чем при Обаме, а, может быть, и немножко выше. Конечно, с Трампом расслабляться не приходится: мало ли куда он еще развернется. Но мы можем судить лишь о том, о чем можем.
Мнения, высказанные в рубриках «Позиция» и «Блоги», передают взгляды авторов и не обязательно отражают позицию редакции