Министерство внутренних дел Южной Осетии ждут сокращения. До октября 2017 года будет уволено 300 сотрудников. Об этом заявил глава ведомства Игорь Наниев. По его словам, такие меры предусмотрены соответствующим секторальным договором с МВД России. Российские эксперты усомнились в словах югоосетинского министра.
Министр внутренних дел Южной Осетии Игорь Наниев сегодня заявил, что до октября 2017 года ведомство сократит 300 сотрудников. По его словам, в первую очередь увольнения коснутся лиц пенсионного возраста и тех, кто недобросовестно относится к исполнению своих должностных обязанностей. Игорь Наниев пообещал провести изменения «безболезненно»:
«Сотрудник МВД, который выходит на пенсию, обращается в Министерство внутренних дел Северной Осетии с соответствующим заявлением, после чего может получать российскую пенсию. Многие такие пенсионеры на сегодняшний день получают пенсию, превышающую заработную плату в органах внутренних дел».
Your browser doesn’t support HTML5
Кто заинтересован в милицейском сокращении?
По словам министра, сокращение штата предусмотрено «в рамках секторального соглашения между МВД РЮО и РФ, подписанного в мае 2016 г. в рамках большого договора о союзничестве и интеграции».
В этом сомневается российский эксперт Николай Силаев. По его словам, документы, подписанные между Москвой и Цхинвалом, никак не предусматривают сокращения штатной численности Министерства внутренних дел:
«Я очень сильно сомневаюсь, что в документах могут быть оговорены какие-то сокращения штатов югоосетинского МВД, потому что это не предмет договоренностей Южной Осетии и Российской Федерации, это внутреннее дело Южной Осетии. Это касается всех подписанных документов, также по ИКЦ – в договоре говорится о функционировании самого ИКЦ, а не МВД Южной Осетии. Южная Осетия вольна сокращать или не сокращать штатную численность своего МВД, она будет это делать независимо от договора. Отмечу, что эти документы не опубликованы, но я очень сомневаюсь, что в рамках подписанного соглашения между двумя МВД предусмотрено сокращение штата. Может быть, Южная Осетия берет на себя обязательство по своему ведомству, но чтобы в договоре предписывались сокращения – это мне представляется крайне сомнительным, это странная юридическая форма... Ни сам большой договор от 18 марта 2015 года, ни соглашение по линии МВД, ни договор по ИКЦ не предусматривают сокращение численности югоосетинских милиционеров, сотрудников МВД. Не предусматривают и предусматривать не могут».
Глава МВД Южной Осетии также сообщил, что в Цхинвале до конца этого года заработает совместный Информационно-координационный центр министерств внутренних дел Южной Осетии и России. ИКЦ предусматривает совместную борьбу с организованной преступностью, обмен оперативно-значимой информацией, содействие розыску лиц, совершивших преступление. Соглашение о его создании было подписано в мае 2016 года. На строительство здания выделен земельный участок в микрорайоне «Московский» в Цхинвале. В ИКЦ будут работать 23 сотрудника МВД Южной Осетии, семь – России.
Говорит югоосетинский эксперт Юрий Вазагов:
«Это полезная правоохранительная структура, причем важность этой структуры заключается в том, что отрабатываются механизмы координации правоохранительных органов разных стран, и не исключено, что после обкатки этого механизма в Абхазии и Южной Осетии этот опыт будет применен в других странах, например, в ОДКБ. Такой формат сотрудничества возможен только между союзниками».
Между тем, как поясняют мои источники, «дальнейшая деятельность ИКЦ зависит от нас, от Южной Осетии: Россия финансирует работу ИКЦ, а республике необходимо закупать оборудование, строить здание и решать текущие организационные вопросы, чтобы ИКЦ заработал полноценно. На это отводится три года, но заработать центр может раньше, в зависимости от проведения организационных работ». Также мой источник сообщил, что «в настоящее время Россия и Южная Осетия готовят соглашение о повышении денежного довольствия и материально-технического обеспечения сотрудников ОВД РЮО. Документ готовится к подписанию».
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия