15 августа 2000 года в Сухуме был убит известный юрист, политический и общественный деятель Зураб Ачба. Сегодня все еще неизвестны ни имя убийцы, ни его цель.
Роль Зураба Ачба в новейшей истории Абхазии была выдающейся. Он был незаурядным мыслителем, юристом, одним из авторов действующей Конституции, сделал немало для становления независимого абхазского государства. Его гибель, как заноза в нашей истории, которую пока никто не смог или не захотел вынуть. Нам так и не назвали имя убийцы, так и не объяснили, за что Зураб Ачба был столь подло убит.
15 августа 2000 года вечером Зураб вышел из своего дома в Синопе и пошел по ночному Сухуму к сестре Светлане, жившей в самом начале набережной недалеко от Красного моста. Около 14-й школы к нему со спины подошел неизвестный в белом, выстрелил в затылок, резко пересек дорогу и скрылся, оставив Зураба умирать на асфальте. Зурабу не хватило десяти минут, чтобы дойти до дома сестры. Ему было ровно пятьдесят. В том, что это было политическое убийство, никто не сомневался.
Your browser doesn’t support HTML5
17 лет без Зураба Ачба
Зураб Ачба – коренной сухумчанин, выпускник 10-й средней школы, а потом Московского государственного университета, юрист. На самом пике предвоенного политического противостояния он пришел в политику и в 1991 году стал заместителем председателя Народного форума Абхазии. Он всегда умел четко выражать свои мысли и находить аргументы. Дар энергичного полемиста и блестящего оратора в нем сочетались весьма органично. Во время Отечественной войны народа Абхазии 1992-1993 годов Зураб Ачба был надежным представителем Абхазии, он колесил по российским городам и весям, встречался с политиками, общественными и культурными деятелями, рассказывал о войне, старался повлиять на российское общественное мнение и развернуть его лицом к Абхазии. С 1991 года по 1996-й был депутатом сначала Верховного совета, а потом и первого в истории Абхазии парламента. После войны несколько лет жил в Москве, в 1999 году вернулся в Абхазию и работал консультантом в Сухумском офисе по правам человека ООН и ОБСЕ.
В это время у него проявился дар публициста. Он писал критические статьи, его неутомимое перо наносило чувствительные удары по представителям официальной власти. Его суждения, цеплявшие суть, наверное, злили власть имущих. Единственной, кто не боялся печатать его порой разгромные, а порой фельетонные статьи, была Изида Чаниа, редактор «Нужной газеты». И все его статьи выходили в «Нужной».
О Зурабе Ачба можно говорить много. В его статьях можно найти емкие цитаты на разные случаи жизни. Он умел хлестко обозначить не только текущий момент, но и заглянуть далеко вперед. Поэтому и сегодня его выступления актуальны.
Я нашла на просторах интернета интервью 1992 года, в нем голос Зураба звучит так, как будто все эти семнадцать лет он был с нами. Давайте послушаем его внимательно, это – то малое, что можем мы для него теперь сделать.
Зураб Константинович, вам слово:
«Каждый раз, когда мы утрачивали возможность самим решать нашу судьбу, и кто-то решал нашу судьбу за пределами Абхазии, как это было и в пределах Османского владычества, и в пределах российской колонизации и страшных времен махаджирства, так и во времена бериевщины, с нами поступали очень плохо. Всем нужна была наша география, и почти никому – наша демография!»
Вчера в Абхазии вспоминали трагическую дату – начало войны, унесшей множество жизней. Сегодня отмечают День Добровольца и вспоминают всех, кто пришел в Абхазию после начала войны на помощь абхазскому народу, который считал братским.
И в эти дни слова Зураба служат нам напоминанием о том, через что все прошли:
«Я думаю, что мы несем обязательства по отношению к окружающим нас народам. Я бесконечно благодарен всем тем, кто приезжает к нам помогать в этой тяжелой борьбе. Я говорю о том, что, если мы хотим строить государство, мы должны исходить из его интересов, сотрудничать и быть благодарными тем, кто обеспечивает реализацию этих интересов. Вот наши братья пришли и помогли нам. Они поступили по-братски. Грузины, которые все время кричали о нашем братстве, о том, что мы – братья, исторически мы, действительно, соседствуем тысячу лет, история наша и судьбы переплетались, сегодня поступили как Каин с Авелем. Они убивают нас, хотя утверждают, что мы – братья, но братских отношений нет. Значит, к ним мы должны относиться, исходя из той ситуации, в которой мы находимся, как можно дальше дистанцироваться от этого государства, потому что оно страшное… Вот о чем я хотел сказать: надо строить отношения со всеми, исходя из наших интересов. Мы никому не можем нанести вреда, даже если бы хотели, нас слишком мало для этого, поэтому мы должны уберечь себя от того, чтобы нам причинили вред».
Зурабу многое не дали сделать. Он мог стать законодателем и определить другое качество нашей законодательной базы и правосудия. Мог быть политическим деятелем, который в состоянии не только хлестко критиковать ошибки, но и подсказывать правильные решения. Его энергия, ум, способности, видимо, раздражали, а стремление к правде было чрезмерно назойливым.
На протяжении многих лет люди, знавшие Зураба, собирались на месте убийства и зажигали свечи, вспоминали его и выражали надежду на справедливость. Они пытались послать сигнал властям о том, что хотят, чтобы убийца был найден и понес наказание. Но этот призыв никто не услышал. Последние годы уже никто не приходит к месту гибели Зураба, но это не значит, что мы его забыли…
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия