3 июля на «Эхе Кавказа» был опубликован материал «Приехал, поверил и все потерял» о строителе из Дагестана, директоре фирмы «Домстрой» Курбане Буганове, который с ноября прошлого года не может выехать из Южной Осетии. Буганов говорит, что фактически находится в положении пленника югоосетинской бюрократии, которая отобрала у него бизнес, вогнала в долги, а теперь не выпускает из республики, пока долги не будут погашены. В материале дагестанский бизнесмен назвал организации и имена их руководителей, кого он считает виновными в своих бедах. Некоторые из них не согласились с обвинениями Буганова и обратились к нам, чтобы ответить на упреки строителя.
В материале «Приехал, поверил и все потерял» я рассказывал, что Курбан Буганов не может добиться расчета по работам, выполненным еще в 2012 году, и из-за этого не может рассчитаться по долгам с рабочими и поставщиками материалов. В результате, с одной стороны, он получает угрозы от бывших работников, требующих расчета, а с другой – его не выпускают из республики, пока он не погасит долги местному заводу строительных изделий.
В числе главных виновников своих проблем Буганов назвал генподрядчика – ГУП «Дорэкспострой» во главе с директором Муратом Лалиевым, который заказал, но не оплатил полностью субподряд «Домстрою», а также Комитет по дорожному строительству Южной Осетии во главе с председателем Эдуардом Гуззитаевым.
Your browser doesn’t support HTML5
Югоосетинский Комитет по дорожному строительству открестился от «Дорэкспостроя»
Представитель комитета Константин Елдзаров связался со мной после выхода материала и заявил о своем желании высказать в нашем эфире точку зрения руководства комитета.
«Никакого отношения к «Домстрою» комитет не имел до середины 2013 года.
– То есть не имел отношения в 2012 году, когда «Домстрой» осуществлял работы?
– Да. У «Домстроя» тогда возникли претензии к генподрядчику «Дорэкспострою». Это отдельное хозрасчетное подразделение со своим руководителем, и все вопросы у Буганова были именно с «Дорэкспостроем».
– А в 2014 году?
– В 2014 году комитет уже полностью являлся заказчиком, но ведь все эти спорные работы были выполнены в 2012 году.
– Но в 2014 году объемы выполненных работ по спорным объектам уже проверяли вы?
– Да, но для нас субподрядчика не существует. То есть комитет относится к «Домстрою», как к представителю «Дорэкспостроя», и только. С кем и какие договорные отношения у него имелись – это все внутренние вопросы «Дорэкспостроя», которые мы не регулируем. Он нанимает подрядчиков на тот объем работ, с которыми, наверное, не справляется сам. Но для нас есть один генподрядчик, который обязан выполнить весь объем работ, и мы принимаем весь объем у него, а не у его субподрядчика. И оплата точно так же: мы всю сумму за выполненные работы перечисляем «Дорэкспострою», а он уже рассчитывается со своими субподрядчиками.
– То есть вы говорите о том, что все эти решения, из-за которых начался весь сыр-бор, – это зона ответственности «Дорэкспостроя»?
– Ответственность по субподрядчику полностью лежит на «Дорэкспострое». Мы не пытаемся курировать их отношения, для нас цель – общий объект. И у нас только один договор – с генподрядчиком. Субподрядчики к нам никакого отношения не имеют».
В чем, собственно, конфликт? В 2012 году фирма «Домстрой» строила два участка дороги, но работы были приостановлены из-за перебоев с финансированием. Это как раз тот период, когда в Южной Осетии пришло новое руководство во главе с Тибиловым, у которого начались затяжные разбирательства с Москвой по тратам предыдущего правительства Бровцева. На время разбирательств финансирование строек было приостановлено. К тому времени «Домстрой» выполнил земельные работы – обсыпку и трамбовку. Вот тогда же и возник конфликт между субподрядчиком «Домстрой» и генподрядчиком «Дорэкспострой» – из-за разногласий по объему выполненных работ, почти вдвое.
Курбан Буганов отказался подписывать акт с заниженными, по его мнению, объемами. Казалось бы, тогда и было самое время созывать комиссию, чтобы все перемерить и решить спор по существу. Вместо этого возникла ничем не объяснимая пауза на два года. Комиссия по проверке объемов работ была сформирована «Дорэкспостроем» лишь в апреле 2014 года, т.е. спустя два зимних цикла после того, как работы были завершены и, что самое главное, грунтовая дорога все это время эксплуатировались.
Комиссия провела замеры и обнаружила, что толщина обсыпки вдвое или на 20 сантиметров меньше положенного. Аргументы Курбана Буганова, что дорогу за это время просто разбил автотранспорт, комиссия не приняла. Тогда Буганов привлек «Проектную контору Североосетинавтодора», чтобы она провела исследования объектов. Приведу фрагмент ее заключения с сокращениями:
«Учитывая, что участок дороги ПК-65 ПК-85 усиленно эксплуатировался автотранспортом и военной техников на протяжении двух лет (при 60 оттепелях каждой зимой), при наличии дорожной одежды переходного типа (ГПС с 30% щебня Н=30см), произошло разрушение (колейность, ямочность, проломы волнистость, смыв составляющих дор. одежды ГПС и щебня) с потерей транспортно-эксплуатационных качеств и потерей толщины дор. одежды».
То есть грунтовую дорогу за это время убили, что вполне укладывается в строительные нормативы. И еще один фрагмент заключения проектной конторы:
«Непрофессионализм и необязательность директора ГУП «Дорэкспострой», решающего все словесно, без документального подтверждения (прекращение финансирования, своевременного приема объема выполненных работ)… привели к конфликту с подрядчиком».
Что еще надо отметить: строительные работы 2012 года проводились на фоне ужесточения контроля по требованию Москвы. Тогда был организован эффективный текущий контроль на местах. С участием контролирующих органов велись записи в общем журнале производственных работ, объекты фотографировались так, чтобы все было видно.
На объекте «Домстроя», судя по документам, которые мне показывал Курбан Буганов, контроль осуществляли инспектор ГУП УКСа «Стройтехконтроль» Артур Цабиев и геодезист Сослан Габоев. То есть контроль был, а текущих замечаний с их стороны не было. Кроме того, в Комитете по дорожному строительству два раза в неделю проходили совещания, где всем нерадивым строителям устраивали разнос, но к «Домстрою» претензий тоже не было. Это означает только одно: все было нормально до тех пор, пока не пришло время платить.
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия