Эдуард Кокойты призвал соотечественников проголосовать на парламентских выборах за «Народную партию». Таким образом разрешилась одна из интриг этой избирательной кампании – на чьей стороне выступит экс-президент Южной Осетии. Другая, не менее важная интрига заключается в том, насколько популярен сам Кокойты. В югоосетинском обществе на этот счет весьма противоречивые мнения.
Эдуард Кокойты во второй части интервью интернет-ресурсу «Честный взгляд» призвал голосовать за «Народную партию»:
«Сегодня, исходя из той ситуации, которая сложилась, я бы очень просил всех граждан, всех братьев и сестер голосовать за «Народную партию», потому что в ее составе самые верные, самые преданные ребята – не мне, Эдуарду Джабеевичу, а народу Южной Осетии. Это не флюгеры. Они же под каким прессом находились! Везде их склоняли из-за того, что они симпатизируют Эдуарду Джабеевичу Кокойты. Но эти ребята не отвернулись».
Одна из главных задач административного ресурса и кураторского надзора на этих парламентских выборах состояла в том, чтобы отсеять кандидатов Кокойты на стадии регистрации в ЦИК. А цель «кокойтовцев» в свою очередь заключалась в том, чтобы не вызвать подозрений, в том числе и кандидатов от «Народной партии». В последнее время в республике много говорилось о том, что они открестились от «Джабелича», а тут такой сюрприз.
Your browser doesn’t support HTML5
Кокойты поддержал «народников»
Итак, карты брошены на стол, правда, наверняка не все. Скорее всего, бывший президент придерживает в тени еще нескольких кандидатов.
После призыва голосовать за «народников» прозвучало и предостережение в адрес президента Бибилова. Кокойты напомнил ему, что он – гарант конституционных прав, который должен обеспечить равные условия для всех, а не выступать в качестве адвоката партии «Единая Осетия»:
«Если кто-то думает, что здесь, как в российских регионах, нарисуют кому-то итоги выборов, то пусть знают: так точно не получится. Этим власти могут сами дестабилизировать ситуацию, и не надо тогда кивать на Эдуарда Джабеевича Кокойты. Мы с вами сидим, спокойно разговариваем и никого не призываем выходить на улицы и т.д. Мы с вами осуждаем те противоправные действия и антиконституционные законы, которые принял нынешний парламент Южной Осетии во главе с «Единой Осетией». И «Единая Осетия» несет сейчас ответственность за всю сложившуюся ситуацию».
Надо отметить, что во второй части интервью звучало много предостережений и заявлений о том, что виновным в тех или иных злоупотреблениях властью придется отвечать перед законом. Кокойты, например, выразил уверенность, что организаторы уголовного преследования экс-министра связи Георгия Кабисова сами окажутся на скамье подсудимых.
То есть это уже не просто критика в адрес югоосетинских властей и российских кураторов и не только агитация за «народников». Кокойты, по сути, заявил, что намерен бороться за власть, и, судя по духу интервью, выборы в парламент – это первый этап его возвращения. В его словах звучали и примирительные ноты. Экс-президент выразил уважение к некоторым бывшим политическим оппонентам и призвал их объединиться во имя будущего республики.
Вопрос, который вызывает массу споров в республике: насколько реалистичны эти заявления? Политолог Дина Алборова помнит, как в ноябре 2011 года толпа скандировала у здания Дома правительства «Кокойты, уходи!» Тогда он не разглядел запрос послевоенного общества на обновление, на переформатирование отношений, на реформы, если угодно. Это стоило республике кризиса, а ему, как тогда казалось, политической смерти. Но дело в том, говорит Дина Алборова, что и те, кто пришел за ним, не дали обществу обновления. Не случилось и оттепели. Приятно считать, что давление государства на общество ослабло после ухода Кокойты, но это не так, считает Дина Алборова:
«Притом, что управление было жестким, Кокойты понимал значимость гражданского общества. Это единственный президент, который периодически встречался с представителями институтов гражданского общества. С ним можно было поругаться. Бывало так, что встречи проходили на повышенных тонах. Он орал. Участники орали. Градусы зашкаливали. Но никого не закрывали – кто работал на региональных площадках и международных, они так же выезжали, работали, приносили пользу. И он понимал эту пользу. После него и до сегодняшнего дня этого никто не понимает. Натиск на институты гражданского общества пошел уже после него, во время Леонида Тибилова. И я не могу сказать, что сегодня прессинга стало меньше. Как контролировал КГБ раньше все выезды и въезды, так и сейчас пытаются это делать. Просто теперь это сложнее делать, юридических лиц, которые вели эту работу, больше не осталось».
Не случилось за эти годы развития экономики, демократических свобод, государственности. Зато появился новый раздражитель для южных осетин: их суверенитет стал размываться на глазах. На фоне этих процессов и начался новый рост популярности Эдуарда Кокойты, говорит Дина Алборова:
«Я слушала недавно его интервью, уже после его выступления в Абхазии, в котором он призывает кураторов к порядку. Это тоже имеет место быть, но об этом здесь боятся даже говорить. А он – единственный, кто обозначил проблемы, связанные с нашим стратегическим партнером, и такая позиция многим нравится. Я думаю, здесь есть разные факторы, которые способствуют повышению его привлекательности. На прошлых выборах президента, когда Кокойты приезжал, я видела среди собравшихся его сторонников многих из тех, кто стоял против него на площади в 2011 году».
Югоосетинский общественник Тимур Цхурбати никогда не относился к числу поклонников Эдуарда Кокойты. В отличие от Дины Алборовой, он не замечает роста популярности бывшего президента и не считает, что югоосетинское общество забыло длинный список претензий к нему:
«Если даже и есть незначительное потепление к Эдуарду Кокйты, то это не следствие его заслуг, а следствие промахов нынешнего руководства. Я знаю, какие аргументы можно привести в пользу утверждения, что Кокойты что-то делал лучше нынешних. Взять хотя бы миллиард двести миллионов рублей, которые российский народ собрал на наш спецсчет. Эти средства были в распоряжении Кокойты, и он дал друзьям беспроцентные кредиты. И даже они уже от него отходят и предают.
– То есть количество союзников тает?
– Да, сейчас вокруг него уже не столько много людей, сколько было. Неуспехи нынешнего руководства поднимают его популярность, но не в такой степени, как он говорит. Это в интернете он играет. Да, Григорий Абаев подкован, университет окончил, хорошо говорит, но это просто слова. Например, молодежь его не поддерживает. Вот у меня два сына, в их окружении никто его не поддерживает. Сейчас образованная молодежь сама начинает размышлять.
– Молодежь, кажется, сейчас вообще сама по себе.
– Да, она и действующие власти тоже не поддерживает».
Но при этом Тимур Цхурбати подчеркивает, что югоосетинский избиратель непредсказуем:
«Несмотря на то, что я здесь давно безвыездно живу, для меня избиратель Южной Осетии остается непредсказуемым. Я бы сказал: себе на уме. Он может молчать, он может поддакивать кому-то, но сделает все по-своему. Поэтому только выборы покажут, кто чего стоит».
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия