Свою публикацию на «Эхе Кавказа» в минувшую пятницу я начал со сравнения последних дней предвыборной гонки в Абхазии с головокружительной картиной гигантского слалома, когда на последних метрах спуска горнолыжником достигается максимальная скорость. Действительно, представления в обществе о возможных итогах предстоящего второго тура президентских выборов менялись тогда с калейдоскопической быстротой. Если после собрания сторонников Аршба-Барцица-Анкваба вечером 4 сентября общественное мнение качнулось в сторону предстоящей победы действующего президента, ибо набранные в первом туре этой командой почти 19 тысяч голосов оказывались «без применения», то уже через сутки, вечером 5-го, когда стало известно о достигнутом соглашении между избирательными штабами Аршба (Анкваба) и Квициниа, в стане оппозиционеров, противников Хаджимба воцарилась эйфория.
Эти крутые повороты настроений избирателей продолжались и далее. Когда вчера, в воскресенье, около пяти вечера, мы семьей с соседями поехали голосовать в расположенный неподалеку избирательный участок, один из соседей авторитетно сообщил, что Квициниа «рвет», то бишь побеждает, с большим отрывом, и это тут же было воспринято в нашей компании как данность и на несколько часов отразилось на последующих разговорах. Попутно пара пояснений: я, как и многие вокруг, как и в первом туре, не спешил к избирательным урнам с утра, чтобы не угодить в толчею, в результате этого нынче толчея на участках возникала как раз ближе к вечеру; мой сосед ориентировался на откровения проголосовавших, что можно отождествить с экзит-полами, в Сухуме, а здесь, как выяснилось после подсчета голосов, перевес был действительно на стороне Квициниа. Дальше – больше. Вскоре после девяти вечера в СМИ появилось сообщение, что на избирательном участке по выборам президента Абхазии в Москве проголосовали 856 человек, из них Квициниa – 525 (то есть больше 62%), за Хаджимба – 268, против всех – 58 избирателей.
Your browser doesn’t support HTML5
Почему не сбылись предвыборные прогнозы?
Но когда после десяти вечера в интернете стали выкладывать снимки протоколов общего подсчета голосов и выяснилось, что Рауль Хаджимба набирает их больше, чем Квициниа (согласно объявленным сегодня предварительным результатам, на 1001), на форуме популярного абхазского сайта, где преобладают оппозиционно настроенные пользователи, замелькали комментарии, в которых смешались удивление, недоверие, обескураженность и уныние. Часам к одиннадцати вечера все уже практически определилось.
Сегодня утром, просмотрев новые комментарии и там, и в своей фейсбучной ленте, я «скачал» несколько типичных: «Большинство проголосовало за стабильность, против нового перетряхивания всего и вся с неясными перспективами»; «Кому-то казалось, что проигравший хоть на 10% соответствовал президентству? Странные люди. Выставляли бы хоть мало-мальски соответствовавшего, ей-богу». «Народ получил того правителя, которого он заслужил. Не жалуйтесь теперь. И снова он. И снова застой. Все решили финансы. Деньги... купленные голоса... и боязнь потерять места... Я не согласна с этой победой. Боже, храни мой народ!» «Знаете, я думаю, что выборы вообще не нужно проводить, их и так никто не признает. Лучше сразу выходить на площадь и морды бить друг другу, кто выиграл, тот и президент, тот и грабит народ».
Одной из тем, которые постоянно присутствовали до и во время второго тура, и в интернет-сообществе, и в разговорах людей на улице, было опасение слишком маленького разрыва в голосах. Доводилось слышать даже такое парадоксальное мнение: «Мне все равно, кто из них выиграет, лишь бы с большим отрывом, лучше всего набрав процентов 70 и больше голосов, чтобы не было соблазна оспорить этот результат». Чем-то это напомнило мне сакраментальную фразу: «Лишь бы не было войны». Но, прямо скажем, тут все пошло по наихудшему сценарию. Надежды на большой перевес одной из сторон не оправдались. Правда, пять лет назад Раулю Хаджимба победить в первом туре спокойно помогли всего 57 сотых процента голосов, превысивших пятидесятипроцентную планку, а нынче за него проголосовало больше одного процента, если сравнивать с голосами Квициниа. Но закавыка в том, какое важнейшее значение в данном случае приобретет графа «против всех кандидатов». Таковых вчера оказалось 3 154, в результате чего за Хаджимба проголосовало меньше, чем против него. И хотя за несколько дней до второго тура ЦИК решил, что достаточно будет простого большинства, Квициниа и его сторонники, ранее согласные с таким толкованием закона, теперь намерены оспорить его в Верховном суде. Впрочем, большинству наблюдателей представляется, что решение ЦИКа признать выборы состоявшимися не будет отменено.
Пользовательница соцсети «Фейсбук» между тем выложила в ней пост: «Считаю, что завтра все, кто голосовал против Х.Р., должны выйти на митинг! Число людей покажет, кому реально небезразлична судьба Абхазии! А не эти голоса, которые были добыты путем денег, бетона и запугиваний!» Но этот призыв вызвал возмущенные возражения: «Что еще за митинг? Кто там пострадает: наши братья, несчастные наши инвалиды? Опять народ пострадает. С правителями ничего не будет, у них все хорошо, они за места дерутся, за свои карманы, пусть разбираются между собой, и не надо нам туда лезть. Уже надоело. Все мы как жили, так и будем жить, мы должны сами себя кормить, нам никто ничего не даст!»
А еще сегодня я решил обратиться к тем экспертам, которые в прошлую пятницу высказали на «Эхе Кавказа» свои прогнозы результатов второго тура. Поскольку большинство из них склонялось к победе Алхаса Квициниа, я сформулировал свой новый вопрос таким образом: «Как остроумно сказал Уинстон Черчилль, «политик должен предсказать, что случится через неделю, месяц, год, а потом убедительно объяснить, почему этого не произошло». Вот я и решил обратиться к участникам своего блиц-опроса 6 сентября. Почему не сбылось предсказание большинства опрошенных экспертов, которые отдавали тогда предпочтение Алхасу Квициниа?» Откликнулось только трое.
Российский политолог Владимир Новиков написал: «Я же говорил, что кроме арифметики в политике есть еще и алгебра, и непредвиденные политические обстоятельства. Вот и произошло ровно это: стороны сумели по максимуму мобилизовать свой электорат, и фаворит определился в результате минимального отрыва».
Абхазский и российский журналист Антон Кривенюк, который не исключал, что Квициниа может набрать и 70 процентов голосов (как случилось во втором туре последних выборов на Украине), откликнулся так: «У меня нет точных ответов на этот вопрос. Это действительно неожиданно. Много факторов может быть. Включая организацию голосования. Мы имеем на 18.00 явку около 50 процентов, а за последние два часа – волна мощнейшая. Фактор давления на этнические меньшинства сработал. Видим данные: по Сухумскому и Гулрыпшскому районам. Но меня другое смущает. Высокий, в любом случае, процент голосовавших за действующую власть показывает, что, в принципе, при прочих нюансах многие люди воспринимают как норму то, как они живут и в какого качества государстве. Это их выбор, какие вопросы».
Единственным на сей раз экспертом, сделавшим правильный прогноз (в случае с первым туром все опрощенные были куда точнее), оказался абхазский общественный деятель Нугзар Агрба. Даже пропорции набранного кандидатами почти угадал, сказав, что 43% голосов наберет Хаджимба, а 39% – Квициниа. Отвечая на вопрос, как это ему удалось сделать, он сказал: «Многим избирателям очень не по душе пришлась та торговля из-за будущих постов, которую вели в последние дни разные группы оппозиции. Было понимание, что в случае победы оппозиции единства в ее рядах не будет. Что касается Рауля Хаджимба, то мне хочется пожелать ему избежать ошибок предыдущего пятилетия во власти, в частности, обеспечить при формировании властных структур национальное, гендерное и иное представительство».
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия