Пошла последняя предвыборная неделя, и в воскресенье, 22 марта, мы узнаем или не узнаем имя пятого президента Абхазии. Все зависит от того, какое количество избирателей придет на избирательные участки и сможет ли кто-то из кандидатов пересечь заветный 50-процентный барьер. Поэтому сегодня вроде бы самое время сверять прогнозы, сделанные мной в начале избирательной кампании. Однако не хочется: прогнозы те же, повторять одно и то же об этих и предыдущих выборах попросту надоело (скоро год, как мы все говорим и выбираем).
Я лучше сделаю акцент на том, что считаю более важным, чем эта абхазская народная забава – выборы. Поговорим о законе о декларировании доходов и расходов, поправки к которому были приняты на прошлой неделе парламентом под давлением общественности. Речь идет только о должностных лицах и депутатах парламента, которые, согласно закону, должны поведать широкой общественности не только о своих доходах, недвижимости и счетах, но еще и о доходах своих ближайших родственников. А следовательно, объяснить общественности, как при весьма скромных зарплатах и депутатских вознаграждениях им удается жить на широкую ногу, скупать недвижимость и землю и в своей стране, и за ее пределами, покупать машины, перед которыми меркнут автопарки в экономически развитых странах, – в общем, все то, что красноречиво свидетельствует о высоком уровне коррупции в нашей бедной стране.
Your browser doesn’t support HTML5
Будем по каждому закону голодать?
Если они не хотят объяснять общественности, откуда на них свалилось все это добро, то они не могут претендовать на должность в исполнительной и законодательной власти. Вот здесь «кошка и зарыта». Поэтому народные избранники проект закона футболили от одного комитета к другому (пока он не осел в комитете по международной политике), отказывались над ним работать и, в конечном итоге, представили на обсуждение своих коллег текст, который должен был вступить в силу, когда они примут другой закон – о госслужбе, а еще этот проект ограничивал круг родственников декларантов и вступал в противоречие с другими законами – к примеру, законом о банках и банковской тайне и налоговым законодательством. Конечно же, на заседании сессии депутаты все это «вдруг» обнаружили и возмутились – в таком виде закон работать не будет. Сказали и проголосовали за принятие закона, так как под окнами парламента стояли активисты, и надо было бросить «кость» надоедливым борцам с коррупцией, и разбрелись по предвыборным штабам, довольные тем, как ловко они обвели всех вокруг пальца.
Но такая чрезмерно обглоданная кость пришлась не по душе активистам, и они потребовали расширить круг родственников декларантов, который, на их взгляд, был неоправданно сужен – до супругов и несовершеннолетних детей. Для того чтобы заставить парламент принять эти поправки, а заодно поторопить со вступлением закона в силу, группа активистов в количестве трех человек голодала на главной сухумской площади десять дней. Но чем дольше депутаты тянули с принятием поправок, тем быстрее увеличивалось количество людей, поддерживающих голодающих. К моменту, когда парламент все же решился принять поправки к закону, требования активистов поддерживали уже более 10 тысяч человек. Ну, вы понимаете: если в нашей стране 200 человек могут решить судьбу президента, высадив десяток окон в здании администрации, то десять тысяч человек – это серьезная угроза.
И народные избранники смирились: все равно «этот закон – мусор» и «исполнить его невозможно». К тому же его исполнению по-прежнему мешают существующие (принятые) и несуществующие (непринятые) законы. В общем, «не мытьем, так катаньем», но закон работать не будет. Но согласитесь, что смешно обвинять активистов, требующих принятия антикоррупционного закона в том, что нет закона о госслужбе или налоговое законодательство не позволяет осуществить контроль за добросовестностью декларантов. Или банковская тайна – она тоже мешает. Нигде в мире не мешает, а у нас мешает. Ну это же, собственно, и есть работа депутатов: поработали и приняли законы, внесли в них поправки, и не надо будет ссылаться на отсутствие законов, как на обстоятельства непреодолимой силы.
Я готова поспорить, что народные избранники будут и дальше «динамить» эти вопросы, во всяком случае – до очередной акции протеста. Хотя есть и утешительный приз – декларации им все равно заполнять придется, и нет гарантии, что даже при таком законе вдруг где-то не просочится информация о несоответствии или недостоверности изложенных фактов. Вот у одного из кандидатов в президенты уже просочилась – в декларации своей жены, работающей в России, не указана собственность в Абхазии, а в его декларации она есть. Так что, как не крути, есть смысл и в несовершенном законе.
Но вот тут я должна отметить важную вещь: мне не нравится, что парламент принимает законы под давлением. На мой взгляд, это очень плохо, и я опасаюсь, что такой метод войдет в привычку и станет нашим постоянным кошмаром, так как почти все принятые парламентом законы далеки от совершенства, а порой и от здравого смысла. К примеру, закон о запрете на аборты, который депутаты приняли непонятно с чьей подачи и который опять же не работает. Или закон о высшей мере наказания за распространение наркотиков и так далее. Будем по каждому закону голодать?
Но во всей этой митинговой эпопее есть и хорошая новость. Это первая акция не в «честь» того или иного политика, а за народный интерес. Как удалось активистам дистанцироваться от политиков, мне сложно понять, но у них это получилось. Даже несмотря на предвыборную кампанию, которая близится к завершению и преследует нас даже дома. Пока я писала этот блог, меня посетили все три агитбригады. Теперь на моем столе несколько программных документов кандидатов в президенты. Некоторые заслуживают внимания. Вот, к примеру, отличный посыл – «отменить неэффективные и нереализуемые законы, исключить внутренние противоречия и пробелы в действующем законодательстве». Фантастика. А кандидаты в президенты знают, как это осуществить с депутатами, которые в большинстве своем не хотят или не умеют работать? С такими законодателями дальше согласия на приватизацию объектов наша страна не уйдет.
Я не впервые говорю, что слабое звено в нашей стране не президент, а парламент, который обрушит благие намерения не только любого главы государства, но и самого Иисуса Христа. И вот это обстоятельство действительно непреодолимой силы.
Что с ним делать? Не знаю. Все время собирать под окнами парламента людей, чтобы заставить депутатов выполнять свои прямые обязанности. Может, легче пересмотреть систему формирования парламента? Но об этом не говорится в программе ни одного кандидата в президенты, да и внести соответствующие поправки в Конституцию без согласия депутатов он не сможет. Хотя у главы государства есть право на референдум, но и в законе о референдуме, вы удивитесь, сплошные противоречия.
Мнения, высказанные в рубриках «Позиция» и «Блоги», передают взгляды авторов и не обязательно отражают позицию редакции