Неожиданная отставка премьер-министра Георгия Гахария наглядно подтвердила то, что правящая партия – это такой своеобразный серпентарий, в котором все поделены на группировки, воюющие друг с другом.
Однако это не единственное, и далеко не самое главное из того, что стало очевидным в эти дни. В первую очередь, мы также официально и теперь уже открыто увидели истинное лицо правящей партии, и в особенности того гадюшника, который сейчас там заправляет.
Не бог весть, какая новость, но – маски сброшены, и время делать хорошую мину при очень плохой игре уже давно прошло. Когда жареный петух клюнет, имитировать благородство некогда.
Итак, страна находится в глубоком экономическом кризисе. Формально он был и до коронавируса, но в реальности, все обстоит намного хуже – назвать то, что у нас было до середины 2020 года «кризисом» нельзя. Кризис – это некая аномалия, когда экономика по тем или иным причинам отходит от своего нормального состояния.
Your browser doesn’t support HTML5
Одержимая мечта
Так вот, у нас с вами – не кризис, это у нас с вами, товарищи, такая экономика. А вот кризис, то есть аномалия – это то, что началось в 2020 году, в результате пандемии.
По сути, получается, что у нынешнего правительства две задачи, одна другой сложнее. Первая – это преодолеть пандемийный кризис и вернуться к той ущербной норме, которая была в 2019-м. И уже после этого думать над тем, как сделать паразитическую, и ничего не создающую экономику нормальной.
Обе задачи – неимоверной сложности, будь у нас во власти Конрад Аденауэр, скрещенный с Ататюрком, их выполнение было бы огромной головной болью.
Сотни тысяч безработных, почти полное отсутствие производства, деградирующее село, дефицит любых кадров, которые умеют что-то большее, чем бухать с утра, плюс закрытие целых работающих секторов экономики, таких как туризм, рестораны, и гостиницы. Все это требует недюжинного ума, организованности и полной концентрации на выполнении поставленных задач.
Читайте также Георгий Гахария завещал тревожные ожиданияИ кого в это время гадюшник социопатов выдвигает премьер-министром? Самого некомпетентного, самого конфликтного, и самого злобного из своих рядов.
Ираклий Гарибашвили был премьер-министром в 2013-2014 годах, и не запомнился ничем, кроме языка ненависти в отношении оппонентов. Никакого экономического видения у него нет, и быть не может, поскольку всю свою дополитическую карьеру он занимался перекладыванием бумажек из одного ящика в другой.
Он оказался вопиюще некомпетентным, даже на фоне своего партийного окружения, хотя иногда, когда на них смотришь, кажется, что это невозможно. Его недееспособность была настолько эпической, что ее заметил даже Иванишвили, который, как правило, с большим удовольствием продвигает по служебной лесенке тех, кто безнадежен.
Читайте также После Гахария. «Грузинская мечта» заменила опоруЕдинственное, чем он запомнился – это патологической ненавистью в отношении прошлой власти. Сама по себе ненависть к «националам», а заодно ко всей оппозиции, составная часть идеологии «Грузинской мечты» и всячески приветствуется ее командованием, но даже на этом фоне Гарибашвили выделяется какой-то особо свирепой одержимостью.
Он не может связно говорить ни на одну тему, кроме чистой, как слеза ребенка, ненависти к Саакашвили и его партии… В эти моменты его глаза светятся пугающим безумным блеском.
Тем самым «Грузинская мечта» наглядно показала всем, что ей на экономику, на положение сограждан и прочие несущественные детали – глубоко начихать. Все эти задачи – второстепенные, а вот главная цель, вообще смысл существования «Мечты» – это борьба с оппозицией, и удержание власти любыми средствами.
Само по себе такое назначение на пост премьера в условиях политической поляризации и экономического обвала – верный способ разрушить даже то немногое, что еще осталось. То, что это было сделано без колебаний, наглядно показывает уровень ответственности тех, кто сейчас принимает решения в Грузии.
По идее, главной задачей Гарибашвили будет борьба с оппозицией, однако он вряд ли сумеет на этом поприще сделать что-то принципиальное новое, а главное, эффективное. Он был премьер-министром 2 года – преследовал оппозицию, как мог, матерился и ругался без остановки, насылал на оппозицию боксеров, борцов, и активистов фашистских организаций.
Читайте также Кулак Ираклия Гарибашвили: повторение пройденногоИ каков эффект от этого? Он равен нулю, поскольку, в отличие от «Мечты», поддерживаемой в основном временщиками, у оппозиции сторонники идейные. Можно посадить Нику Мелия, легко и без проблем, только от этого 30%-й рейтинг ЕНД не обвалится до 5%, как этого хотелось бы «мечтателям» – только ухудшит имидж «ГМ» на международной арене.
Во всей этой свистопляске самую негативную роль играет наш премудрейший народ, который глотает все подряд. Ему на голову посадили бездельника, который обвалит экономику и до предела углубит поляризацию, то есть сделает то, что сейчас стране меньше всего нужно.
Но народец молчит. И будет молчать очень долго, так как, судя по всему, это не просто молчание, и не страх, и не лень. Хотел бы ошибаться, но мне кажется, что невиданная и ничем не объяснимая пассивность – это первый симптом тяжелой болезни, которая заканчивается длительной агонией и исчезновением с карты мира.
Грузинский народ потерял стремление к выживанию и способность к сопротивлению. То, что называют пассионарностью, и без чего страны вперед не идут. Сегодня в Грузии преобладает полная и абсолютная апатия – большинство населения думает о собственном благополучии и о бегстве за границу. Те, кто не бежит сам – планирует отправить за рубеж детей. «Мы тут застряли и уехать не можем, но детей обязательно отправим», – самый популярный тезис последних лет.
Целая нация потеряла веру в будущее и не видит в стране места для своих потомков. В медицине есть понятие «продромальный период» – это когда опасной, смертельной болезни вроде бешенства, столбняка или менингоэнцефалита предшествует короткий период общей симптоматики – повышение температуры, головная боль, кашель. Словом, все, как у обычного гриппа. Настоящий трындец наступает немного позже.
Так вот, у меня стойкое ощущение, что Грузия уже вступила в продромальный период, и сейчас, именно в ближайшие 2-3 года, решается вопрос, что будет дальше – выздоровление или тяжелая форма столбняка с последующим заслуженным местом на свалке истории.
Мнения, высказанные в рубриках «Позиция» и «Блоги», передают взгляды авторов и не обязательно отражают позицию редакции