Проявлением давления Запада расценивают в Грузии критику президента Саломе Зурабишвили в адрес правящей «Грузинской мечты». Накануне она впервые высказала свое мнение по поводу решения партии власти аннулировать соглашение Шарля Мишеля, принятого неделю назад. Президент не пожелала делить ответственность с правящей силой, заявив, что не разделяет точку зрения властей на эти вопросы. Двенадцатиминутная речь президента Зурабишвили, которая впервые публично не согласилась с «Грузинской мечтой», вызвала широкие дискуссии в Грузии.
Грузинское общество не избаловано, точнее сказать, до сих пор оно не было свидетелем публичного несогласия президента Саломе Зурабишвили с правящей «Грузинской мечтой». За три года президентства в критические моменты, когда редко, но все-таки взоры обращались к ней как гаранту Конституции и надпартийному главнокомандующему страны, Зурабишвили брала паузу или просто поддерживала «Грузинскую мечту». Почти покорное молчание президент нарушила после гомофобных погромов в Тбилиси 5 июля, осудив факты насилия в основном над журналистами. А решение правящей партии 28 июля аннулировать соглашение Шарля Мишеля сделало ее риторику громче и жестче, хотя для этого президенту Зурабишвили понадобилась неделя. Свою 12-минутную речь накануне она начала с предупреждения о том, что страна вновь оказалась на распутье между Западом и теми, в чьи интересы входит отдаление Грузии от европейских ценностей. Подразумевалась Россия, но страну северного соседа президент так и не назвала:
«Попытки убедить нас в том, что якобы Европа – это не христианство, а путь разврата, служит нашему отдалению от единственной перспективы, и мы хорошо понимаем, в чьи интересы это входит».
Your browser doesn’t support HTML5
Президент Зурабишвили проявляет бунтарский дух
А далее президент напомнила, что, требуя от западных партнеров уважения, самим нужно выполнять взятые обязательства, что не следует дискредитировать страну ради узкопартийных интересов, из-за которых кое-кто ждет от международных партнеров «наказания страны». Здесь следует думать об оппозиции, большая часть которой теперь видит выход только в санкциях против лидеров «Грузинской мечты». Последним досталось больше – президент прямо заявила, что она не разделяет с ними ответственность по поводу выхода из соглашения Мишеля и не согласна с партией (без помощи которой, к слову, она вряд ли стала бы президентом Грузии), что соглашение исчерпало себя. Там же Саломе Зурабишвили напомнила, что свою часть обязательств по выводу страны из кризиса она выполнила – помиловала совладельца ТВ «Мтавари» Георгия Руруа, на чем настаивала оппозиция перед подписанием соглашения:
Читайте также Грузия последовала настоятельному Евросовету«Я не могу взять ответственность за отдельные элементы документа, которые были согласованы между сторонами, и за их аннулирование. Но сегодня постфактум обнаружилось, что, оказывается, уступили то, что нельзя было уступать… Исходя из своего опыта, говорю: красные черты проводят до подписания (соглашения)!»
Президент таким образом ответила на заявление председателя правящей партии Ираклия Кобахидзе. Он утверждает, что соглашение Мишеля вывело страну за конституционные рамки, и этого правящая сила больше не допустит.
Читайте также Саломе Зурабишвили с «Мечтой» о соглашении МишеляУпомянула президент и слово «изоляционизм»: «Независимость не может и не должна означать какой-либо формы изоляционизма». Не согласилась президент и с аргументом правящей силы о том, что документ Мишеля не разрядил поляризованную ситуацию. Напротив, Саломе Зурабишвили благодарит те партии, которые подписали соглашение, вошли в парламент, и считает, что у документа есть ресурс, поскольку выполнение указанных в нем условий «является безальтернативным путем» к стабильности и укреплению независимости. Смелость главы государства Саломе Зурабишвили правящей партии не понравилась. Такой вывод можно было сделать из слов вице-спикера парламента Гии Вольского:
«Президент постаралась относительно сбалансированно описать ситуацию, поэтому дала необъективную оценку интенсивным попыткам деструктивного развития процессов, предпринимаемым конкретными политическими партиями».
Надо было бы ожидать, что в стане оппозиции прозвучит одобрение в адрес сказанного президентом, но и там оценка была вялой. Чем вызвана критика с другой стороны политического поля, говорит лидер фракции «Нацдвижения» Хатия Деканоидзе:
«Это результат международного давления, реакции грузинского общества. Но было бы лучше, если бы описание и оценки политического кризиса со стороны президента были острее».
В большей части оппозиции все-таки критику президента считают постановочной и согласованной с лидерами «Грузинской мечты», в этом не сомневается генсек Лейбористкой партии Георгий Гугава:
«Давление Запада заставило представителей власти разрешить Саломе сделать мягкие заявления о том, что нужно выполнять взятые обязательства. Но существенными являются не заявления Саломе, а действия власти».
Для многих в Грузии знаком того, что президент не верит в силу собственного слова в плане влияния на решение «Грузинской мечты», стал ее призыв к концу выступления. Речь о том, что предстоящие местные выборы должны стать образцовыми, без насилия и ненависти, со свободной работой СМИ. Попытка президента уговорить власти хотя бы в этом вопросе сдержать свое слово, многим показалась проявлением отчаяния.