Сеть общественных приемных неправительственной организации «Центр гуманитарных программ» работает в Абхазии с 2015 года и оказывает правовую помощь уязвимым категориям граждан. Руководитель приемной Диана Керселян рассказала о том, с какими проблемами обращались к ним граждане в 2022 году, какую помощь получали и с какими проблемами сталкивается в своей деятельности служба.
– Диана, расскажите, пожалуйста, в чем суть работы вашей общественной приемной?
У нас есть случаи, когда мы видим, как жизнь человека реально изменилась к лучшему, но, конечно, не всегда удается какие-то вопросы решать
– Сеть общественных приемных функционирует при Центре гуманитарных программ с 2015 года. Наша основная задача – это оказание правовой помощи людям. Конечно, мы не ограничиваемся оказанием только правовой помощи, потому что наши бенефициары – это в основном люди, которые представляют уязвимые категории населения, и очень часто возникает необходимость оказания психологической помощи и какой-то гуманитарной помощи. Мы стараемся комплексно рассматривать ситуацию человека, насколько это возможно для нас, поэтому мы очень часто помимо решения их правовых проблем коммуницируем с разными общественными организациями и государственными структурами, пытаясь как-то всеобъемлюще решить проблему человека, чтобы его жизненная ситуация качественно изменилась. В каких-то случаях удается действительно помочь, и у нас есть случаи, когда мы видим, как жизнь человека реально изменилась к лучшему, но, конечно, не всегда удается какие-то вопросы решать.
Your browser doesn’t support HTML5
Диана Керселян: «Сами граждане должны осознать важность соблюдения их прав»
– А сколько у вас таких приемных?
– У нас функционирует приемная в нашем офисе в городе Сухуме, есть приемная в городе Очамчира, в городе Гале, выездная приемная работает в городе Ткуарчале, и последние два года мы работаем в Гагре.
– Из опыта работы вашей приемной, с какими проблемами чаще всего сталкиваются граждане в Абхазии?
На первый план выходят проблемы социального плана и проблемы документирования, потому что люди, не имеющие документов, удостоверяющих личность, лишены всяких льгот и социальных гарантий государства
– Если раньше было очень много проблем, связанных с жильем, это были квартирные вопросы и вопросы домовладений, то сейчас эта проблема отошла на второй план. А на первый план выходят проблемы социального плана и проблемы документирования, они очень связаны друг с другом, потому что люди, не имеющие документов, удостоверяющих личность, лишены всяких льгот и социальных гарантий государства. Я могу с уверенностью сказать, что, согласно нашей статистике, большее количество проблем – это проблемы, связанные с отсутствием у людей документов. Отсутствие документов у многих жителей Галского района – это отдельная сфера, о ней можно очень долго говорить, но я хочу сказать, что эта проблема касается не только грузинского населения восточных районов Абхазии, она касается большого числа неабхазского населения всех районов Абхазии. Более того, благодаря помощи социальных служб, а они часто к нам обращаются, мы выявляем даже абхазские многодетные семьи, в которых у детей нет свидетельств о рождении, или людей, которые не получили абхазские паспорта. Мне кажется, что большая проблема нашего государства в том, что оно не заинтересовано в том, чтобы обладать полной информацией, а когда ты своих граждан не документируешь на системном уровне, это означает, что ты просто не можешь владеть полнотой информации о проблемах и нуждах людей. Мне кажется, что тут есть недоработка органов внутренних дел, которые отвечают именно за процесс документирования, и, соответственно, Министерства юстиции, которое отвечает за работу ЗАГСов.
Читайте также «Восточный тупик» вновь подогрел полемику– Диана, есть ли у вас представление о масштабах этой проблемы?
– Ежегодно к нам обращаются более тысячи человек. Больше половины людей обращаются именно с проблемами документирования.
– А вторая половина обращающихся к вам с какими проблемами приходит?
– К нам обращается много иностранных граждан, которые так или иначе оказались на территории Абхазии. Некоторые застряли здесь со времен ковидных ограничений, очень много беженцев с территории Украины, из ЛНР и ДНР, репатрианты из Сирии, очень много людей, которые нуждаются в материальной поддержке. Мы помогаем им писать обращения в органы государственной власти с целью выделения материальной помощи, например, на лечение. Много обращается людей, у которых проблемы с жильем, но в данном случае речь идет не о праве собственности на то или иное жилье, а о том, например, что еще со времен войны повреждена крыша дома, и они не могут самостоятельно ее починить, из-за этого владение приходит в негодное состояние. Есть люди, у которых вообще нет жилья, и они интересуются, как можно встать в очередь, есть ли какие-то специальные программы, как можно в них попасть? У нас есть, конечно, специальные программы, но категория людей, которые подходят под эти программы, очень ограничена, и в целом они не решает проблему.
Читайте также «Давайте пойдем к правительству, пусть выделят нам квартиры!»– Диана, что бы вы назвали достижением в работе вашей общественной приемной в этом году? Что вам удалось сделать в решении проблем людей и что не удалось?
Защита прав человека – это рутинная работа, и для того, чтобы были какие-то реальные достижения, необходимо заниматься адвокатированием и лоббированием системных изменений
– Защита прав человека – это рутинная работа, и для того, чтобы были какие-то реальные достижения, необходимо заниматься адвокатированием и лоббированием системных изменений. В последние годы работать становится все сложнее, мы делаем какую-то экспертизу, мы публикуем информацию, мы отправляем свои предложения в разные инстанции всем ветвям власти, но реакции обратной мы, к сожалению, не получаем.
Если говорить о достижениях, можно сказать, что последние два года мы активно представляем интересы людей в судах. На сегодняшний день уже 66 дел есть в судебных инстанциях, связанных в основном с получением документов, удостоверяющих личность. Но не только, конечно. 42 человека получили документы, и я считаю это достижением. Что касается сложностей, это то, что в последние годы сложнее стало взаимодействовать с властью.
Читайте также Абхазским властям указали на неравенство и несправедливость– Почему?
– Мне кажется, что на это влияет общая атмосфера, связанная с тем, что в социальных сетях и в обществе идет пропаганда против неправительственных организаций, намеренно создается негативный образ НПО. И я ощущаю в своей коммуникации с чиновниками на разных уровнях, что они не хотят иметь ничего общего с НПО, пытаются дистанцироваться, возможно, видят в нас какую-то угрозу, негатив, хотя у нас был разный опыт взаимодействия с властью. Я не могу сказать, что раньше проблем не было и все удавалось решать, но были периоды, когда удавалось продвигать какие-то законы, имеющие отношение к правам человека, например, тот же закон о доступе к информации, закон об обращении граждан в органы власти, какие-то изменения в избирательное законодательство, которые были подготовлены гражданским обществом. Сейчас, например, я знаю, что другие организации подготовили закон о домашнем насилии, который лежит в парламенте, и никто к нему не приступает.
Читайте также «Закон об иноагентах – возвращение к тоталитарным практикам»В современной истории Абхазии, в истории взаимодействия между властью и гражданским обществом, неправительственными организациями никогда не возникало никаких проблем
Я вижу проблему в недостаточном желании органов власти эффективно коммуницировать, потому что наша задача очевидна, мы хотим, чтобы права людей защищались. Это зафиксировано в нашей Конституции, и в этом должны быть заинтересованы наши власти. Но, когда мы не видим ответную реакцию, у нас, естественно, возникают вопросы, на которые нужно искать ответы, почему так происходит. Понятно, что ситуация в России, связанная с неправительственными организациями, очень влияет. И вот эти попытки столько лет продвинуть закон об иностранных агентах, который совершенно не ложится на нашу реальность, потому что в России своя ситуация, свои процессы и, возможно, есть какие-то проблемы во взаимодействии, о которых мы не знаем. Но в современной истории Абхазии, в истории взаимодействия между властью и гражданским обществом, неправительственными организациями никогда не возникало никаких проблем. Нам всегда удавалось коммуницировать и какие-то проблемы решать. И вообще, это очень нормальный опыт в странах, где демократия на высоком уровне. Взаимодействие власти и гражданского общества, общественных организаций приносит большую пользу, потому что это – обратная связь, экспертиза, предложения, которые могут быть полезны. Мы также пытаемся привлечь внимание к тем проблемам, которые существуют, и надеемся, что все-таки на них будут обращать внимание.
– Если в целом охарактеризовать прошедший год с точки зрения защиты прав людей и нарушения прав людей, каким он был?
Мы должны сделать акцент на том, чтобы курсы, связанные с правами человека, причем очень практические, были внедрены в систему образования на разных уровнях
– Мне кажется, что выделять этот год из нашей тридцатилетней истории существования неправильно, потому что проблемы с соблюдением прав человека есть всегда и везде, во всех странах. Вопрос в том, как общество и власть, государство реагируют, есть ли у них намерение решать эти проблемы. Важно, чтобы наше общество в более широком смысле, не только неправительственные и общественные организации, но и сами граждане осознали важность соблюдения их прав, потому что очень многие люди, которые к нам обращаются, не ассоциируют свою проблему с нарушением их прав. И это – проблемы просвещения. К сожалению, у нас ни в школьной программе, ни в университете нет специальных программ, которые бы готовили людей быть гражданами. А быть гражданами означает, что у тебя есть определенные обязанности и есть права, которые государство должно соблюдать. Мне кажется, что мы должны сделать акцент на том, чтобы курсы, связанные с правами человека, причем очень практические, были внедрены в систему образования на разных уровнях. Нужно понимать на практике, что означает защита прав, как это работает, как отстаивать свои права, как соблюдать права других.
– Диана, есть ли у вас статистика, цифры, которые наглядно характеризуют положение в сфере прав человека в Абхазии?
– У нас есть статистика обращений к нам. К сожалению, в нашем государстве никто не ведет такую статистику, и очень трудно работать, мы можем опираться только на наши цифры. Конечно, надо проводить мониторинг, надо специально изучать эту сферу, но это – отдельная работа, на которую у нас просто нет ни физических ресурсов, ни других, поэтому мы ориентируемся исключительно на свои цифры: с 2015-го года, с тех пор, как мы начали вести базу данных, у нас более 8000 обращений. Абхазия – маленькое государство, население здесь небольшое, и я считаю, что для нашей страны – это довольно внушительные цифры.
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия