Различные политические партии и движения объединились в Абхазии, чтобы создать новую дискуссионную платформу. Она открыта для всех, кто хочет присоединиться. Сегодня в Сухуме обсуждали проблемы коммуникации власти и общества и говорили о необходимости реформы государственного устройства.
В Сухуме состоялась открытая встреча различных общественно-политических организаций, в ней участвовали представители Абхазского народного движения, политической партии «Айнар», общественных организаций «Единство» и «Союза молодежи и ветеранов Отечественной войны народов Абхазии», экспертного фонда «Аамта», депутаты парламента и общественные деятели.
Your browser doesn’t support HTML5
Абхазская оппозиция пойдёт в народ
Кредиты у российских банков не дают эффекта и вызывают недоверие
Открыл встречу лидер Абхазского народного движения Адгур Ардзинба, он считает, что в Абхазии создается олигархат с доступом ко всем ресурсам и преимущество отдается иностранным инвесторам. Власть закрыта от людей, нет конкуренции при подборе кадров и распределении ресурсов. Он рассказал, что правительство осуществило программу кредитования на 10 млрд рублей, составлены и отправлены в Москву списки претендентов на получение крупных кредитов, но все было сделано кулуарно, и в Абхазии не знают имена тех, кто попал в этот список.
Читайте также Кредит под залог национальной энергетикиКредит размером в 1,5 млрд рублей, который власть намерена взять в России, вызывает у него недоверие, так как два миллиарда железнодорожного кредита, который был получен в России более десяти лет назад, никакого эффекта не дал, кроме долга.
Председатель экспертного фонда «Аамта» Натали Смыр поддержала тему кредита и заявила, что не видит необходимости брать его у российских банков:
«Наверное, нам надо уже предложить провести сход, чтобы донести до руководства страны, что мы хотим жить хорошо, в нормальных условиях и не губить, и не продавать свою страну. По поводу кредита, у нас дефицит бюджета 1,6 млрд рублей, что у нас является источником покрытия дефицита? Кредиты – 800 млн рублей у Национального банка и 900 млн рублей у коммерческих банков. Я обращаюсь к руководству страны, если мы способны взять кредит у абхазских банков на 1,7 млрд рублей, то зачем нам брать кредит у российских банков? У нас один кредит на 2 млрд рублей уже был, и он сегодня лежит на нас финансовым бременем, каждый год мы платим как проценты, так и тело кредита гасим. Какой эффект получился от вливания 2 млрд рублей в развитие железной дороги? Там поступлений около 460 миллионов рублей показывают, но это опять же обороты не самой железной дороги, а коммерческих структур, которые завозят сюда свои грузы, а экономического эффекта от вложенных в железную дорогу средств не получено!»
Читайте также Натали Смыр: «Я за то, чтобы Россия прекратила нас финансировать»По словам Натали Смыр, экспертный фонд «Аамта» готов сотрудничать с властью, но ее действия могут обернуться потерей государственности. Она напомнила, что «инвестиции – это не продажа земли и родины, это экономический эффект от вложенных в страну денег, надо привлекать средства в отрасли экономики, вместо этого мы сидим и думаем только о продаже».
В государственном устройстве заложена смена власти до срока
Представитель общественной организации «Единство» Беслан Ачба считает, что на протяжении многих лет в Абхазии происходит одно и то же и политическая среда фактически не меняется. Объяснение этому он видит в государственном устройстве, которое само диктует цикличную и преждевременную смену власти, а, когда новое руководство заступает, оно обречено на то же самое, что было с предыдущим руководством:
«У нас президентская форма правления, одна большая уязвимость этой формы правления заключается в том, что очень низкий уровень согласованности общества и власти. На законодательном и конституционном уровне наша власть имеет все возможности для того, чтобы принимать изолированные решения от своего народа, потому что это – сильная вертикаль власти. У нас есть, например, закон о референдуме, но дата проведения референдума назначается президентом. Народ может через референдум проявлять свою власть, но она находится в руках одного человека – президента Республики Абхазия. Также в законе написано, что тем или иным решением он может заблокировать процедуру этого референдума, предложив альтернативы. То есть для активного гражданского общества в Республике Абхазия вообще нет механизмов для того, чтобы мы могли оказывать воздействие на власть и корректировать ее. Наше государственное устройство нуждается в реформах».
По мнению Беслана Ачба, необходима тонкая настройка, чтобы законодательная ветвь власти что-то собой представляла и имела возможность влиять на исполнительную ветвь власти, а не так, чтобы каждый раз избирался карманный парламент, максимально лояльный к действующей власти. «При президентской форме правления власти нужна оппозиция, без нее возьмут верх авторитарные тенденции, и страна превратится в родоплеменную вотчину, которой будет управлять группа людей», – сказал он.
Читайте также Адгур Ардзинба: «Или уходит правительство, или уходит президент с правительством»При отсутствии взаимодействия с обществом возникает кризис легитимности власти, поэтому она тоже должна быть заинтересована в том, чтобы присутствовать на таких площадках, участвовать в обсуждениях.
Народ лишен власти, но общество сопротивляется
Юрист Саид Гезердава заявил о кризисе государственности и о том, что у Абхазии есть только два пути, выбор между которыми неочевиден:
«У нас вообще кризис государственности, и это нельзя скрывать. Фактически есть две линии развития: либо независимое государство – это очень тяжелый путь и очень сложно его смоделировать в текущем контексте; и другой, с моей точки зрения, худший путь – это зависимая сателлитная государственность, которая, вероятно, в ближайшем будущем приведет не к лучшим результатам. И я не вижу выбора между ними. Получается, что даже те, кто должен быть защитником государственности, тоже стоят на перепутье. И какой путь выбрать? Это все, конечно, сказывается на политических процессах. Я говорю о политическом классе чиновников, они дезориентированы, потому что есть какие-то неоднозначные сигналы сверху и, может быть, даже из-за пределов Абхазии. И как нам в этой ситуации развиваться, совершенно непонятно».
Читайте также «Настоящая революция – это изменение отношений власти и общества»Саид Гезердава видит тенденцию к сращиванию ветвей власти и предупреждает об опасности авторитарных тенденций:
«Перекос в сторону не абхазской повестки очень сильный и входит в противоречие с тем, что хочет видеть наш народ. Фактически наш народ лишен власти, даже если взять такой простой пример как выборы. У нас выбор сделан до самих выборов, все предопределено. У нас политический режим с серьезным авторитарным потенциалом у президентской системы, народ не принимает участие в формировании никакой повестки, и вот эта линия на то, чтобы не обращать внимания на позицию народа, нарастает. Мы видим, что делаются определенные предложения, мне кажется, что они направлены на сращивание различных ветвей власти. Проигнорировано предложение комиссии по конституционной реформе. Конечно, мы не хотели бы этого сращивания законодательной и исполнительной ветвей власти, за этим в дальнейшем могут последовать и другие непопулярные решения. Но мы видим, что сопротивление общества этому достаточно серьезное».
Завершая встречу, представитель политической партии «Айнар» Адгур Лагвилава сказал, что разные политические силы готовы к объединению и расширению своих рядов. А в планах у них – поездки в города и села, чтобы узнать, что думают люди, и обменяться мнениями.
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия