На этой неделе глава югоосетинской делегации Егор Кочиев заявил в Эргнети, что последние полтора месяца стали самыми спокойными на линии разграничения с начала встреч в формате МПРИ. В Сухуме в пятницу также выразили удовлетворение тем, что «действующее руководство Грузии держит ситуацию под контролем». По времени эти заявления совпали с внутриполитическим кризисом в Грузии, связанным с намерением властей принять «российский закон» об иноагентах. Судя по обсуждениям в прессе и социальных сетях, многие сочли их едва ли не актом поддержки пророссийского курса официального Тбилиси. Что это было – случайное стечение обстоятельств или некая поддержка?
Накануне глава югоосетинской делегации в формате МПРИ Егор Кочиев назвал период с прошлой встречи в Эргнети самым спокойным за все время работы Механизма по предотвращению инцидентов и реагированию на них:
«Хотел бы сказать, что с тех пор, как я занимаюсь приграничными проблемами, проблемами инцидентов, вот этот период с прошедшей встречи 17 января и по сегодняшний день, можно сказать, самый спокойный. Можно сказать, что он самый спокойный вообще со времени начала этих встреч. У нас не было задержаний нарушителей, то есть не было нарушителей государственной границы с грузинской стороны. У нас было минимальное количество инцидентов, связанных с полетами беспилотных летательных аппаратов. Не было нарушений границы представителями органов безопасности Грузии – полицейскими или любыми другими вооруженными людьми. Можно сказать, что это был самый спокойный период, начиная с середины января по настоящее время».
Читайте также Егор Кочиев: «Это был самый спокойный период со времени начала этих встреч»В свою очередь, президент Республики Абхазия Аслан Бжания в ходе прошедшей вчера пресс-конференции заявил, что «действующее руководство Грузии держит ситуацию под контролем».
Your browser doesn’t support HTML5
Чем Тбилиси заслужил похвалу Абхазии и Южной Осетии?
До сих пор представители Абхазии и Южной Осетии не баловали грузинские власти комплиментарными заявлениями, поэтому многие наблюдатели сопоставили их с кризисной ситуацией в Грузии, связанной с попытками «Грузинской мечты» протащить т.н. путинский закон об иноагентах и посчитали эти заявления едва ли не актом поддержки пророссийского курса официального Тбилиси.
Югоосетинский политолог Вячеслав Гобозов считает эти версии беспочвенными:
«Это как раз конспирологическая теория. В Цхинвале и Сухуме, конечно, понимают, что нынешнее руководство в Грузии не самое лучшее, но их сегодняшние оппоненты еще хуже. Это безусловно. Но, с другой стороны, и Южная Осетия, и Абхазия прекрасно понимают: в отношении них что нынешние власти, что их оппоненты – едины. И если нынешнее руководство Грузии не говорит о военном варианте решения проблемы, это обусловлено не тем, что они более миролюбивы, чем их предшественники, но тем, что они более трезво оценивают фактор России и понимают, чем это может для них обернуться. У них уже был пример Саакашвили. Еще раз повторяю: в нынешнем руководстве больше трезвомыслящих людей, но риторика Цхинвала и Сухума никак не связана с внутриполитической ситуацией в Грузии.
– Москва не может попросить или поручить Сухуму и Цхинвалу поддержать руководство Грузии?
– Нет, Москва не дает им таких поручений, потому что достаточно трезво оценивает ситуацию в Грузии и, наверное, имеет гораздо больше информации и гораздо больше понимания того, что югоосетинские и абхазские высказывания не будут играть какой-то роли во внутригрузинском противостоянии, а внутри Южной Осетии и Абхазии ничего кроме вреда не принесут. Поэтому Москва таких поручений не дает. Она имеет достаточно рычагов влияния, чтобы попытаться обеспечить себе нужный результат без югоосетинского или абхазского фактора».
Читайте также Давид Санакоев: «Это был прежде всего реверанс Грузии…»По мнению Вячеслава Гобозова, заявление Егора Кочиева – это скорее попытка привлечь вынимание международной общественности к значимости форматов МПРИ и Женевских дискуссий.
Сопредседатели дискуссий от ОБСЕ, ООН и Европейского союза вразрез со сложившейся практикой в одностороннем порядке, без консультаций с участниками встреч перенесли Женевские дискуссии с февраля на апрель, и это при том, что за весь прошлый год был всего лишь один раунд и то в усеченном формате. Своим заявлением, считает Вячеслав Гобозов, Егор Кочиев указал на значимость этих встреч и недопустимость сворачивания формата:
«Формат МПРИ, в отличие от формата Женевских дискуссий, всегда работал более результативно. В рамках МПРИ все-таки решались определенные тактические вопросы. При этом Южная Осетия и Абхазия все-таки понимают, что Женевские дискуссии, плохи они или хороши, но это единственная площадка, где можно на таком высоком уровне высказывать и защищать свою позицию. В этом плане есть вполне понятное желание сохранить этот формат, несмотря на все проблемы, которые в последнее время возникают. В этом смысле заявление Егора Кочиева было демонстративным сигналом, что нельзя хоронить переговорный процесс, необходимо продолжать его дальше».
Читайте также «Надо сначала признать геноцид, потом можно говорить о диалоге…»Аналитик Международной кризисной группы Олеся Вартанян согласна с этой версией. По ее словам, заявления в Сухуме и Цхинвале – это демонстрация обеспокоенности по поводу переноса раундов Женевских переговоров:
«Получилось так, что объявление о переносе переговоров на апрель в Москве, Сухуми и Цхинвали расценили как одностороннее решение со стороны сопредседателей. На фоне украинской войны они восприняли это как потакание их противникам на Западе, считающим, что с Россией сейчас надо разговаривать иначе, а не так, как раньше. Был большой скандал, потому что со специальными заявлениями по этому поводу выступили в Москве, Сухуми и Цхинвали. Кстати, из них в Цхинвали было самое взвешенное заявление, потому что они с самого начала подчеркнули необходимость сохранения формата, предусматривающего контроль за стабильностью вдоль линии разделения.
– Иными словами, эти заявления не какие-то реверансы в сторону Тбилиси?
– Это не реверансы. Это констатация факта: за прошлый год, как началась украинская война, стабильность вдоль линии разделения стала намного более подконтрольной. Я разговариваю не только с иностранными медиаторами, но и с участниками этих процессов. И они говорят, что, начиная с 2008 года, прошлый год был лучшим в плане стабильности: когда возникали какие-то инциденты, их довольно быстро решали. Даже когда случались задержания людей с каким-то прошлым в силовых органах, то их довольно быстро отпускали, а не сажали на длительные сроки, как это часто бывало раньше. С одной стороны, это свидетельство тому, что России сегодня не нужно распыление своих ресурсов на какой-то дополнительный фронт. Когда я с ними встречаюсь, они мне сами об этом говорят: для них очень важно сохранить стабильность, чтобы не возникало необходимости, например, вступать в какие-то дипломатические тяжбы на каком-то еще направлении, кроме Украины. С другой стороны, есть грузинское руководство, которое декларирует политику по сохранению стабильности в своей стране. Такое совпадение интересов. Что до тех результатов, которые декларирует Егор Кочиев, – за ними довольно долгое время есть конкретные доказательства».
Читайте также В Тбилиси не хотят воевать с Сухуми и ЦхинвалиТекст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия