Агентство социальной информации «Апсны» публикует интервью с потомком абхазских махаджиров Куейзой Куджба. Она родилась в Турции, но в 2007 году переехала с семьей в Абхазию. В интервью изданию она рассказывает о трудностях, с которыми ей пришлось столкнуться после переезда на историческую родину, и о проблемах в отношениях жителей Абхазии и представителей диаспоры. По ее словам, родители всегда старались привить детям любовь к родной Апсны, поэтому и она, и ее старший брат говорили на абхазском языке с детства.
По приезде пришлось в очень ускоренном темпе учить русский язык с нуля. Первое время чувствовала себя изолированной от всех
«Родители внушили нам с самого рождения, что Абхазия – конечная остановка. При этом им не приходилось заманивать нас туда красивыми сказками, они научили нас любить буквально каждое деревце таким, какое оно есть. Мы росли с этой мыслью и сами стремились к этому. Но по приезде пришлось в очень ускоренном темпе учить русский язык с нуля. Первое время чувствовала себя изолированной от всех. К сожалению, диалога на сегодняшний день действительно недостаточно. Как и уровня информированности с обеих сторон. Особенно хотелось бы видеть столь нужные площадки для диалога среди молодежи. Решить эту проблему своими усилиями, без государственной инициативы и поддержки, сложно», – отметила она.
Читайте также Зарубежные абхазы ищут пути на родинуКуейза Куджба заметила, что переезжающие в Абхазию репатрианты зачастую ощущают себя изолированными и нуждаются в помощи для социализации.
Your browser doesn’t support HTML5
Обзор абхазской прессы
Инициативная группа «Хара Хакалак» («Наш город») в социальной сети в Facebook публикует интервью заместителя директора Центра гуманитарных программ Арды Инал-ипа, посвященное архитектурному облику Сухума:
Читайте также Исчезающий городЕсли сегодня не остановить эту губительную для города тенденцию, новые застройщики и впредь будут продавливать высотное строительство в центре Сухума
«Понятно, что объяснение всех спорных построек отсутствием генерального плана не выдерживает критики, поскольку всегда можно было установить хотя бы границы исторического центра, на территории которого действовали бы строгие ограничения. Именно так поступили патриоты города, депутаты городского Собрания, приняв постановление об ограничении высотности вновь строящихся зданий. Однако это постановление было благополучно забыто в интересах тех, кого не устраивают ясные правила в сложной и доходной градостроительной сфере. Если сегодня не остановить эту губительную для города тенденцию, новые застройщики, исходя из экономических интересов, и впредь будут продавливать высотное строительство в центре Сухума. Не обремененные заботой о сохранении стилистики городского пространства, они на ходу будут увеличивать высоту постройки, понимая, что, чем больше этажей, тем больше прибыль», – считает Арда Инал-ипа.
* * *
Представитель молодежного движения «Хара ХПицунда» Александра Барганджия в посте на своей странице в Facebook размышляет о сложившейся общественно-политической ситуации в стране и анализирует возможные причины такого положения дел:
Почему агудзерский военный госпиталь похож на локацию ходячих мертвецов, а дома чиновников – на дворцы из бриджертонов? Почему поднимаются цены за свет, которого нет?
«У меня есть теория. Коррупция, беззаконие, безнаказанность, хамство, запугивание, игнорирование, комплекс Бога и все остальное – это не наша реальность. Это то, что навязали субъекты такого поведения в сложный для Абхазии период, временная призма. Не кажется ли вам, что пора ее преломлять? Я сейчас не о смене власти, переворотах и т.д. Эта мера абсолютно бесполезна, пока на чиновничий произвол закрываются глаза. Я говорю об общественном сознании, осознанности, небезразличии, о заинтересованности в чем-то большем, чем материальные ценности. Например, почему агудзерский военный госпиталь похож на локацию ходячих мертвецов, а дома чиновников – на дворцы из бриджертонов? Почему поднимаются цены за свет, которого нет? Почему при бесплатной медицине в стране нельзя получить медицинскую помощь бесплатно? Это не утопия, в мировой практике есть примеры государств, где народ – носитель власти де-юре и де-факто. Там люди задают вопросы, требуют ответы, что мешает Абхазии стать таким примером?» – пишет Александра Барганджия.
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия