Утром 10 июля на Красной площади в Москве среди фотографирующихся туристов оказалось несколько десятков пожилых крымских татар. Многие с бородами, в вязаных тюбетейках, они стояли в ряд с плакатами в руках. "Наши дети не террористы. STOP репрессии против крымских татар", "Прекратите репрессии по национальному и религиозному признаку в Крыму", "Борьба с терроризмом в Крыму – это борьба с инакомыслием" – было написано на больших листах бумаги рядом с портретами мужчин, снятых за решеткой. Пожилых людей с плакатами было много, они разошлись по всей площади.
"Пикет в честь того, что по ложным придуманным обвинениям наших крымских ребят, мусульман осудили, завтра должен быть апелляционный суд. Это явная несправедливость, это признак беззакония", – начал на камеру рассказывать учитель истории 68-летний Энвер Сейтумеров, но продолжить не успел: на площадь приехали два автомобиля с полицейскими. Сотрудник в форме шел вдоль цепи мужчин с плакатами и требовал их убрать. Одного из пикетчиков полицейские увели, в две машины посадили еще по трое человек и всех увезли в отделение полиции "Китай-город". "Учитывая почтенный возраст, с задержанными обращались корректно", – рассказал адвокат Александр Пиховкин, приехавший в ОВД.
С 2014 года наш народ превратили в так называемых "террористов"
Среди задержанных был 69-летний Решат Эмирусеинов, остальные – не намного младше. На всех составили протокол об административном нарушении – "нарушение установленного порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации…", обязали прийти в суд для разбирательства и отпустили уже после обеда. Все они попросили в полиции переводчика, но его не было. Все написали ходатайство, что хотят, чтобы судебное заседание прошло в Крыму, откуда они приехали для участия в акции, но разбирательство состоится в Тверском районном суде Москвы – об этом им сразу объявили в полиции.
Задержание на Красной площади в Москве
Одновременно с пикетами на Красной площади в офисе Московской Хельсинкской группы говорили о том же, о чем писали задержанные крымские татары: о политическом и религиозном преследовании мусульман в Крыму.
– В 90-х годах коренной народ Крыма массово начал возвращаться на свою родину, возрождая свою культуру, свои обычаи и традиции, свою религию. Но с 2014 года наш народ превратили в так называемых "террористов", – рассказала Алие Мамутова, супруга Энвера Мамутова, крымского мусульманина, осужденного на 17 лет лишения свободы.
Энвер Мамутов
Его следствие считает организатором Бахчисарайской ячейки исламской организации "Хизб ут-Тахрир", запрещенной Верховным судом России в 2003 году. Об апелляции на этот приговор говорил на камеру учитель истории Энвер Сейтумеров и об этом написали на плакатах крымские татары, специально приехавшие в Москву, чтобы выразить протест на Красной площади.
В мае 2016-го в Бахчисарае у крымских татар одновременно прошли несколько обысков. Были задержаны маляр-штукатур Энвер Мамутов, стоматолог Зеври Абсеитов, повар Ремзи Меметов и строитель Рустем Абильтаров. Всех их увезли в Симферополь и арестовали по обвинению в участии в террористической организации.
Ремзи Меметов
Террористической Верховный суд России признал "Хизб ут-Тахрир" в 2003 году, вместе с полутора десятком других организаций, включая "Талибан", "База" или "Аль-Каида" и "Братья-мусульмане". В резолютивной части судебного решения не приводится ни одного примера террористической деятельности "Хизб ут-Тахрир", говорится лишь, что ее деятельность представляет собой "воинствующую исламистскую пропаганду, сочетаемую с нетерпимостью к другим религиям; активную вербовку сторонников, целенаправленную работу по внесению раскола в общество (прежде всего пропагандистскую с мощным финансовым подкреплением)". Тем не менее организацию запретили, признали террористической, почти сразу начались аресты мусульман, которых обвиняли в принадлежности к партии.
Сидеть за участие можно, а оспорить решение, на основе которого ты находишься в тюрьме, нельзя
– Сам запрет осуществлен без серьезных оснований. Логический парадокс: обжаловать этот запрет невозможно. Были десятки попыток обжалования и от осужденных, и от их представителей. Практически всегда Верховный суд отвечал коротко: вы не являетесь стороной по делу. То есть сидеть за участие можно, а оспорить решение, на основе которого ты находишься в тюрьме, нельзя, – отмечает директор программы "Мемориала" Виталий Пономарев.
На момент принятия запрета организации в России, формально она была признана экстремистской лишь в Таджикистане, текст судебного решения, вынесенного в 2001 году, об этом до сих пор неизвестен, несмотря на несколько тысяч осужденных, так же как в соседнем Узбекистане, где запрета организации формально нет, но есть запрет за пропаганду ее учения.
На июнь прошлого года, согласно статистике правозащитного движения "Мемориал", которое не считает "Хизб ут-Тахрир" террористической организацией, по обвинению в принадлежности к ней в России было арестовано 237 человек. Сейчас эта цифра гораздо больше, учитывая, что только в Крыму с 2014 года фигурантами по этому делу проходят 63 мусульманина.
Партия, появившаяся в 1953 году и призывающая к созданию исламского государства, при этом полностью отрицает насильственные методы, опираясь только на проповедь и собственный пример участников организации.
– В прошлом году высокопоставленный чиновник ФСБ заявил, что "Хизб ут-Тахрир" рассматривается как наиболее опасная террористическая организация в России. Примечательно, что такой угрозой признана организация, члены которой осуждают терроризм как метод и осуждают конкретные акты терроризма, – говорит Виталий Пономарев.
Следствие по делам вроде Бахчисарайского доказывает в суде лишь причастность к "Хизб ут-Тахрир". Доказывать террористическую угрозу нет необходимости, следствие в этом случае лишь ссылается на решение Верховного суда 2003 года.
По версии следствия, Энвер Мамутов и другие фигуранты дела "осуществляли пропагандистскую работу среди населения, склоняя местных жителей к участию в указанной террористической организации, а также вели скрытную антиконституционную деятельность". Мамутов, указано в приговоре суда, "вырабатывал, определял и корректировал планы, цели, задачи возглавляемой им ячейки, организовывал и проводил конспиративные собрания членов ячейки ("халакаты") по изучению идеологии и материалов". В деле присутствует переписка Мамутова с неизвестным лицом, которая была интерпретирована следствием как отчет о вербовке и обучении сторонников "Хизб ут-Тахрир". Обвинение строится на показаниях засекреченных свидетелей, большинство из которых – сотрудники ФСБ, проверить показания которых невозможно, и на экспертизе записанных с помощью прослушки разговоров между мусульманами.
Экспертизу проводят эксперты ФСБ, суд практически всегда относится к ней некритически и сомнений в выводах не допускает. В деле Бахчисарайской группы было трое засекреченных свидетелей, которые рассказывали, что участвовали вместе с обвиняемыми в разговорах на разные темы, в том числе обсуждали идеологию "Хизб ут-Тахрир" и возможности "насильственного захвата власти и насильственного изменения конституционного строя Российской Федерации с помощью исламской армии с целью построения исламского государства в Крыму и во всем мире". Разговоры были записаны, прослушка была установлена в гараже Мамутова в 2015 году, экспертиза ФСБ расценила их как доказательство принадлежности к "Хизб ут-Тахрир". Записи есть в материалах дела, речь в них идет о необходимости распространения ислама и законов шариата, как религию совместить с работой, о том, что в Турции прошел митинг "Хизб ут-Тахрир" в ответ на появление в стране американской военной базы.
Сами подсудимые вины не признавали. Судя по материалам дела, Мамутов до 2014 года принадлежности к "Хизб ут-Тахрир", не запрещенной в Украине, не скрывал, а после начала аннексии Крыма, как и другие фигуранты, не афишировал.
Зеври Абсеитов
Это не что иное, как преследование по национальному и религиозному признакам
"Заявляю, что к предъявленным мне обвинениям никакого отношения не имею и виновным себя не считаю, – заявил в суде врач-стоматолог Зеври Абсеитов. – Обвинять людей, мирно беседующих о своей религии у себя дома, на частной территории, людей – мусульман, строящих свою жизнь, как и все мусульмане, согласно Корану, являющемуся руководством от Господа, – по двум статьям, первая из которых обвиняет в терроризме, ничего не имеющем с религией ислам, предусматривающая до десяти лет лишения свободы, а вторая – обвиняющая в попытке насильственного захвата власти и смене конституционного строя, предусматривающая до двадцати лет лишения свободы, – это не что иное, как преследование по национальному и религиозному признакам".
Обвинение фигурантам дел "Хизб ут-Тахрир" стали дополнять попытками насильственного захвата власти гораздо позже запрета организации. Следователь ФСБ Александр Махнев в суде заявлял: "Предваряя замечание защиты о том, что следствие сошло с ума и предъявляет обвинение в подготовке захвата власти, хочу объяснить, что следствие видит попытку подготовки захвата власти в насильственном изменении конституционного строя на определенной территории, Республике Крым. Чтобы в последующем установить исламский халифат".
По логике обвинения, распространение ислама и законов шариата, к чему стремится "Хизб ут-Тахрир", создает угрозу конституционному строю в стране и светским органам власти. Мамутов в суде рассказывал о появлении нового обвинения проще: "После четырех месяцев ареста меня вызвал на беседу начальник режима, майор, который в беседе сказал, что если мы не начнем сотрудничать со следствием, то нам предъявят обвинение в насильственном захвате власти, и тогда мои единоверцы Абсеитов, Абильтаров и Меметов получат срок не до пяти лет, а от десяти и выше. Вследствие того, что мы отказались наговаривать на себя, через полгода нам предъявили 278-ю статью Уголовного кодекса". (Ст. 278 УК РФ, насильственный захват власти или насильственное удержание власти, наказываются лишением свободы на срок от двенадцати до двадцати лет. – РС).
О том, что признание "Хизб ут-Тахрир" террористической организацией не имеет под собой оснований, правозащитники заговорили сразу после запрета. Спустя 16 лет этим же вопросом задалась уполномоченная по правам человека Татьяна Москалькова. После ее встречи с родственниками осужденных по делу, правозащитниками и адвокатами, была создана рабочая группа, которая должна изучить уголовные дела и найти или опровергнуть связь исламской партии и терроризма.
– Можно спорить о том, насколько хороши идеи "Хизб ут-Тахрир", нравятся они нам или не нравятся, но совершенно очевидно, что обвинения в терроризме не имеют оснований. Ни в одном деле нет никаких доказательств насильственных действий, планирования насильственных действий или обсуждения насильственных действий. Ничего такого предъявлено ни разу не было, – говорил на встрече в офисе Московской Хельсинкской группы член Совета "Мемориала" Сергей Давидис.
В это время на Красной площади пожилых крымских татар, которые пытались об этом же сказать с помощью пикета, задерживала полиция. "С детства слышу рассказы наших стариков о том, как навешивались ярлыки предателей, как долго национальное движение крымских татар боролось за возвращение на родину, и сегодня мы столкнулись с новым ярлыком – "террористов". Я как адвокат в течение пяти лет наблюдаю, как инструмент борьбы с терроризмом используется для борьбы с гражданскими активистами, документалистами, журналистами. Инструмент, который должен бороться со злом, превратился в инструмент самого зла", – говорил в это время адвокат Эмиль Курбединов.
Энвера Мамутова и других фигурантов дела судили в Северо-Кавказском военном окружном суде. 24 декабря 2018 года Мамутов был приговорен к 17 годам лишения свободы, остальные – к девяти каждый. Они подали апелляцию на решение суда, но дожидаться ее рассмотрения им пришлось семь месяцев.
На следующий день после задержаний на Красной площади у здания Верховного суда собралось больше сотни человек: крымские татары, приехавшие из Крыма, в футболках с портретами Мамутова и других фигурантов Бахчисарайского дела, дипломаты посольств европейских стран, адвокаты, правозащитники, московские активисты и журналисты. Судебное заседание, на котором должна была рассмотрена апелляционная жалоба, задерживалось, ждали переводчика. Запустили адвокатов, потом журналистов и слушателей. Подсудимые улыбались родным с экрана, они участвовали в заседании из ростовского СИЗО по видеосвязи.
"Хизб ут-Тахрир" не признана террористической организацией
– На территории Крыма, согласно международным договорам, а это является частью национального права Российской Федерации и прописано в Конституции, должно применяться международное законодательство, а в частности четвёртая Женевская конвенции по защите гражданского населения. Данная конвенция предусматривает использование на территории Крыма уголовного законодательства Украины. Согласно данному уголовному законодательству, "Хизб ут-Тахрир" не признана террористической организацией или организацией, за участие в которой, даже если обосновать участие в этой организации наших подзащитных, есть уголовное преследование, – пыталась убедить суд адвокат Лиля Гемеджи. – Для того чтобы сегодня принять справедливое решение, вам нужно быть смелыми. И международное сообщество, оказывая вам поддержку в вынесении этого решения, является тем, что будет способствовать вынесению справедливого решения.
Суд удалился в совещательную комнату, а на улице перед зданием суда вновь начались задержания. Крымские татары развернули несколько плакатов с одним требованием: "Прекратите репрессии по национальному и религиозному признаку в Крыму!" К ним подошел полицейский, стал требовать убрать плакаты и закрыть футболки. Плакаты свернули, но майки никто снимать не стал. "Голыми стоять тут будет большим оскорблением, чем так", – заметил один из крымских татар. Через два часа приехали несколько автобусов с полицией и всех стали забирать.
Задержали в итоге 46 человек. Все они крымские татары, приехавшие специально поддержать своих единоверцев. Их разместили в два автобуса и увезли, на всех стали составлять протокол об административном нарушении. Пока люди ждали, прочитали намаз прямо во дворе отделения.
В это время судьи в Верховном суде вышли из совещательной комнаты, чтобы огласить решение: срок заключения всем фигурантам был уменьшен на три месяца. Мамутов теперь должен будет отсидеть 16 лет и 9 месяцев, Абильтаров, Абсеитов и Меметов – по восемь лет и девять месяцев.
Рустем Абильтаров
Наш народ никогда не поддерживал насилие и терроризм
"Наш крымско-татарский народ всегда подвергался и подвергается репрессиям со стороны властей, и то, что нам вменяют такие статьи, – это чисто мотивированный политический характер, борьба с инакомыслием и вероубеждением, – говорил перед вынесением решения Рустем Абильтаров. – Наш крымско-татарский народ никогда не был причастен к терроризму и свержению власти. И наш народ никогда не поддерживал насилие и терроризм".
Заседание закончилось, экран с подсудимыми погас, адвокаты вышли из здания суда и поехали в отделения полиции к задержанным. Уже ближе к ночи, когда стемнело, всех отпустили, обязав приехать 29 июля в Таганский районный суд. На всех составили протоколы о нарушении правил проведения пикетов и митингов. Сто с лишним крымских татар отправились обратно в Крым. За несколько часов до этого пожилые крымские татары, пикетировавшие Красную площадь, уже доехали до Старого Крыма. Здесь для них накрыли стол, дети стояли с плакатами на крымско-татарском и русском: "Вы для нас пример. Мы вами гордимся!", "Вы наши герои! Мы вас любим".
Последний раз массовые пикеты протестующих против российских репрессий в Крыму крымских татар прошли осенью 2017 года. Это закончилось почти сотней административных штрафов и увольнением нескольких чиновников из числа крымских татар, сотрудничающих с российскими властями на полуострове и которые заявляли, что они контролируют крымско-татарскую активность. Тогда пикетчики вышли практически во всех городах Крыма. С того времени только по делу "Хизб ут-Тахрир" было арестовано несколько десятков мусульман.