Несмотря на распространившуюся информацию о том, что пункт пропуска «Раздахан» будет открыт на несколько дней, чтобы дать возможность желающим выехать из Ленингорского района, этого не произошло. Он был закрыт 4 сентября, и уже больше месяца люди лишены свободы передвижения. В Цхинвале заявили, что нынешний режим будет действовать до тех пор, пока грузинские власти не уберут полицейский пост у селения Цнелис.
В одной из прошлых передач «Эхо Кавказа» рассказывало о том, что югоосетинские власти собираются открыть пункт пропуска «Раздахан» с 10 по 15 октября в сторону Грузии, чтобы из Ленингора смогли выехать студенты и школьники, отпускники и дачники, а также больные, которые не могут попасть к врачу в Тбилиси.
Официального заявления по этому поводу не было, но своим подчиненным об этом говорил глава района Виталий Мамитов. Кроме того, эту информацию на неофициальном уровне подтверждали и некоторые чиновники в Цхинвале.
Your browser doesn’t support HTML5
«Люди злятся как на югоосетинскую, так и на грузинскую власть»
Подобное кратковременное открытие границы в одну сторону уже было в январе, когда «Раздахан» закрывали на карантин по случаю эпидемии гриппа в Грузии, поэтому, говорит гражданская активистка Тамара Меаракишвили, все были уверены, что и в этот раз будет так же. Но, увы, границу так и не отрыли, и когда откроют, неизвестно, говорит Меаракишвили:
«Глава района, который анонсировал открытие границы, теперь кивает на президента. Говорит, что без его личного распоряжения границу не откроют, а пока президент таких указаний не давал. Люди не могут выехать на лечение – у онкологических больных срывается очередная химиотерапия, кто-то не может попасть на плановую операцию, на которую записался еще летом. Не могут выехать на учебу студенты, они пропустили почти месяц занятий. Среди них одна первокурсница, которая минувшим летом хотела поступать в тбилисский вуз, но ей не дали пропуск на пересечение «Раздахана», поэтому она не смогла поехать на вступительные экзамены. В Тбилиси, когда узнали об этом, ей и еще нескольким выпускникам из Абхазии, кого тоже не выпустили на экзамены, предложили зачисление на любые факультеты в любой вуз без экзаменов. Теперь эта девочка не может попасть на занятия».
По словам Меаракишвили, еще одна новость, которая не придает оптимизма местным жителям, – уволили всех сотрудников сферы здравоохранения, которые застряли в Церовани после закрытия границы:
«Им сказали, что дорога закрывается на один день, и они спокойно поехали на выходные в Церовани, а обратно уже не смогли вернуться из-за закрытия границы. Теперь их увольняют за прогулы, хотя на самом деле они не прогульщики, а жертвы обмана».
В результате этой уловки, говорит Меаракишвили, район остался без врача ультразвуковой диагностики – высококлассного специалиста, чьи диагнозы неизменно подтверждались в лучших клиниках Тбилиси. Это была одна из самых востребованных медицинских услуг в Ленингоре, теперь ее нет. Еще до этой истории с закрытием границы, говорит Тамара, местные милиционеры выпихнули из района единственного гинеколога-акушера. В Ленингоре еще остается несколько хороших врачей, но, судя по всему, скоро их станет меньше, говорит Меаракишвили:
«Это врачи, которые после очередной смены правил пересечения границы уже год, как подали документы на получение пропуска, а им все не выдают. Они ждут открытия дороги хотя бы в один конец, чтобы уехать и не возвращаться. Они говорят, что впервые за одиннадцать лет решили все-таки уехать, потому что не могут больше терпеть такого издевательства со стороны властей».
В июле Виталий Мамитов объявил о пересмотре кадровой политики в районе, теперь, говорит Тамара Меаракишвили, можно подводить первые итоги:
«Новый глава района обещал уволить всех совместителей и оставить работникам по одной ставке, чтобы как можно больше безработных смогли трудоустроиться. Но на деле получилось иначе – уволили только самых беззащитных, за которых некому было заступиться в Цхинвале, а те, у кого в столице есть влиятельные родственники и друзья, остались при своих или даже получили еще по одной ставке. В результате и нареканий со стороны общества стало больше, и несправедливости при распределении должностей».
Все эти вроде бы невеликие события складываются в некую общую картину, глядя на которую, мягко говоря, уверенности в завтрашнем дне у ленингорцев не возникает. Все больше людей не находят иного объяснения происходящему, кроме того, что их выдавливают из района.
Местные сморят телевидение, читают интернет, пытаются найти хоть какие-то приметы тому, что их судьба кого-то волнует, но не находят, говорит Меаракишвили:
«Люди злятся как на югоосетинскую, так и на грузинскую власть. Они спрашивают: "Почему телевидение не говорит о том, что здесь происходит, почему власти ничего не говорят о нас? Нас все бросили, мы не нужны ни в Цхинвале, ни в Тбилиси!" При этом они почему-то уверены, что в Цхинвале не реагируют на них, потому что Тбилиси молчит», – говорит гражданская активистка.
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия