В Ленингорском районе в декабре выдали тридцать пропусков для пересечения пункта пропуска с Грузией и пообещали продолжить этот процесс после новогодних каникул, с середины января. Хотя жители не питают надежд, что «Раздахан» откроют, документы по-прежнему пользуются спросом.
В начале года, после длительного перерыва, в Ленигорском районе возобновили выдачу югоосетинских паспортов. Тогда, после четырех месяцев режима закрытой границы с Грузией, начали голодать старики – граждане Грузии, у которых единственным источником к существованию были грузинские пенсии.
Читайте также Пять дней из жизни пенсионераВ январе президент открыл для них границу на две недели, чтобы они смогли получить свои пособия. Заодно Анатолий Бибилов распорядился предоставить югоосетинское гражданство всем желающим старикам, чтобы они смогли получать югоосетинские пенсии и не так сильно зависели от грузинских пособий. Надо сказать, гражданство тогда выдавали без проволочек, а возможностью заиметь югоосетинский паспорт воспользовались не только пенсионеры.
Your browser doesn’t support HTML5
Пропуски без пропуска
Вместе с паспортами тогда возобновилась и выдача пропусков – по средам, в здании поселкового совета. Этот процесс многие восприняли как предвестие открытия границы. По словам гражданской активистки Тамары Меаракишвили, время надежд продлилось недолго – в феврале границу закрывали на карантин:
«18 марта был последним днем, когда выдавали пропуски. Тогда людям объявили, что возобновят выдачу лишь в январе следующего года, после новогодних праздников. Но неожиданно для всех, недавно власти распространили информацию, что привезли еще одну, последнюю в этом году партию пропусков. Всего из Цхинвала привезли более ста тридцати пропусков, но раздать удалось только тридцать, потому что остальные либо уже умерли, либо выехали из района лет пять назад».
Пропуск – это возможность встретиться с родными, проживающими в Грузии, это доступ к качественной и бесплатной медицине. Так было раньше, но теперь, говорит Тамара, спустя полтора года изоляции, люди больше не верят, что граница для них когда-нибудь откроется.
Читайте также «Раздахан» ограниченного действияПо наблюдениям Меаракишвили, примерно треть оставшегося населения, т.е. около пятисот человек, морально сломлена изоляцией, она сдалась, готова бросить свои дома и покинуть родину навсегда. Этой части ленингорцев пропуски не нужны, они лишь хотят воспользоваться программой Красного Креста по воссоединению семей.
Тем же, кто стремится получить документ, он нужен на крайний случай, говорит Тамара Меаракишвили:
«Сейчас люди говорят, что приводят документы в порядок на тот случай, если им понадобится экстренная госпитализация в Грузию и им все-таки разрешат выезд. Говорят, сейчас даже полумертвого не выпустят, если все документы не будут в порядке».
Читайте также Бюрократия смертиВсе послевоенные годы ленигорцы пребывают в беспрерывных хлопотах по добыче пропусков. За десять лет юрисдикции Цхинвала пропуски меняли, по меньшей мере, раз двенадцать. Изначально это был документ, означающий вид на жительство, по которому проживающие в приграничных районах республики граждане Грузии могли бы пересекать осетино-грузинскую границу на специальных пунктах пропуска.
Вскоре власти заявили, что выдали слишком много документов, что их заполучили и те, кто не проживают постоянно в республике. Потому решено было раздать новые, а старые аннулировать. Но в результате этой операции пропусков было выдано еще больше.
Документы то заменяли, то изменяли срок их действия – от года до трех месяцев, и от трех месяцев до двух лет. При этом содержание не менялось – только цвет бумаги, на которой он напечатан. Приемом заявлений и выдачей пропусков ведало районное отделение КГБ, у дверей которого выстраивались длинные очереди.
Читайте также Кто попал в «черный список» КГБ?Никакого смысла в этом не было. Единственное разумное объяснение – коррупция. В 2016 году, например, выдали семь с половиной тысяч пропусков, при полутора тысячах местного населения, которое имело право на их получение. К ним можно прибавить еще пару сотен человек, которые приезжали ежедневно на работу из Церовани – врачи, учителя, сотрудники ЖКХ.
А остальное, по всей видимости, – это коррупционный портфель. В поселке беженцев Церовани работали два «офиса» – по приему документов и выдаче пропусков. Документооборот через границу осуществляли специальные посредники. Оформить пропуск стоило шестьсот лари, из которых сто – доля посредника. То есть, по курсу, один пропуск – пятнадцать тысяч рублей, а тысяча пропусков – пятнадцать миллионов рублей.
Правоохранительные органы лишь однажды указали на злоупотребления. В 2018 году комитетчики из Цхинвала провели в доме одного из посредников обыск, изъяли несколько десятков новеньких пропусков, пакеты документов на их получение, деньги. Тогда районное отделение отделалось легким испугом – в качестве наказания был уволен назначенный «стрелочником» сотрудник КГБ по прозвищу «Хаттаб».
Но вскоре после этого вопрос пропусков перешел к цхинвальским коллегам. В Ленингор по средам стал приезжать вежливый товарищ в штатском. В здании поселкового совета он принимает документы, вывешивает списки тех, кому привез пропуски, и черные списки с именами тех, кому в получении документа отказано.
Коррупционная схема на этом закончилась, но легче ленингорцам не стало.
Читайте также Тамара Меаракишвили: «За что нас взяли в заложники?»В 2019 году требований стало еще больше: теперь пропуски для пересечения границы необходимы не только для граждан Грузии, но и Южной Осетии. Примечательно, что это правило распространяется только для ленингорцев, но не, например, на жителей западной части республики. Когда ленингорцы ездили через пункт пропуска «Синагур», они обратили внимание, что местные жители при пересечении границы предъявляют пограничникам только югоосетинский паспорт.
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия