Сегодня парламент Республики Южная Осетия объявил дату выборов президента. В предвкушении предвыборных дебатов местные эксперты рассуждают, какие предложения от кандидатов могли бы увлечь избирателя.
Дата выборов объявлена – 10 апреля. В ближайшее время обнаружат себя кандидаты в президенты, некоторые товарищи уже обозначили свои намерения баллотироваться, еще несколько фамилий с претензией на интригу избирательной кампании на слуху.
Читайте также Кандидаты в президенты приступают к апрельским тезисамМестное экспертное сообщество точит перья в предвкушении востребованности – анализов предвыборных коалиций, прогнозов и прочего, из чего состоит обслуживание политического сезона.
Можно предположить, и содержание предвыборных дебатов, скорее всего, по мнению местных наблюдателей, мало чем будет отличаться от предыдущих кампаний. Действующие власти будут выдавать российское содержание за собственное достижение и клеймить оппозицию в попытке дестабилизировать, подорвать, предать.
Your browser doesn’t support HTML5
И князь, и царь, и хореограф, или Искушения для президентов
«Контра» тоже в долгу не останется – ей есть чем ответить, в этом политическом сезоне у нее особенно много аргументов. Это та часть предвыборных дебатов, которая будет обязательно, если ЦИК допустит к выборам хотя бы одного настоящего оппонента.
По мнению политолога Вячеслава Гобозова, традиционно этого достаточно для парламентской кампании: чтобы избиратель мог составить мнение о кандидатах, определить кто из них «хорс лапу» (хороший парень) и доверить ему мандат депутата.
Но для президентских выборов этого мало, нужно что-то еще. Эдуард Кокойты победил на выборах под лозунгом «я добьюсь от России признания Южной Осетии». Людвиг Чибиров и Леонид Тибилов воспринимались как возможность преодолеть политический кризис, противостояние внутри общества. Анатолий Бибилов обещал скорое вхождение в состав России. Рукопожатие президента Дмитрия Медведева убедило избирателей, что кандидат сдержит обещание.
Читайте также Президент и его последствияВопрос в том, говорит Вячеслав Гобозов, что предложат кандидаты в этот раз:
«У нас все президентские избирательные кампании были непростыми, но такого градуса напряженности в самом начале кампании я, честно говоря, не припоминаю. Но для меня куда важнее эмоционального состояния политиков их представление о будущем, в том числе, как они видят институт президентства. Не хочется опять бежать по кругу – выбрать очередного князя и через пару лет снова прийти к противостоянию. Для меня важно, будут ли на этих выборах политические силы представлять реальные программы реформ? Если мы не откажемся от этой президентской монархии, мы каждый раз будем начинать с нуля, с самого начала, и вместо того, чтобы двигаться вперед, мы каждый раз будем бежать по кругу. И тогда нет никакой разницы, кого на этот раз выберут».
По мнению Вячеслава Гобозова, единственная возможность вырваться из этого бега по кругу – ограничить власть президента. Уйти от этого безумия, когда президент и людей на работу нанимает – от министра до уборщицы, и строительные подряды распределяет, и следствие курирует, и искусство… И даже лично реагирует на недовольство в социальных сетях. Решает, кому морду набить, кого раскулачить. В этом смысле президент – это и князь, и уличный хулиган, и рэкетир, и судья, и хореограф. Он вездесущ, он заглядывает в каждое окно, в каждый карман, от него не скрыться.
Читайте также Анатолию Бибилову предложили поделиться вседозволенностьюЛюди от этого устали, единственный выход – перенастройка политической системы. Можно перейти к президентско-парламентской форме правления, где главой исполнительной власти будет премьер, а не президент, и правительство будет формироваться не по личным предпочтениям президента, но по итогам парламентских выборов. Говорит Вячеслав Гобозов:
«И в обществе чем дальше, тем больше понимания, что этот вопрос основополагающий. Я часто привожу такой пример. Посмотрите, кто у нас был президентом: профессор, комсомольский работник, генерал КГБ, сейчас генерал МЧС. Совершенно разные люди, но в итоге у них складывается все совершенно одинаково и не слишком удачно. Это означает, что вина не только в них, но и в той системе, которая приводит их к закономерному и не слишком приятному финалу. И если в обществе понимание ущербности нашей системы растет, то в наших политических элитах я такого понимания не нахожу. Единственное, что я от них слышу: «Какой президент станет сам себя ограничивать?»
– В самом деле, кто откажется от власти?
– Тот, кто понимает логику политических процессов и не хочет, как многие его предшественники, уходить с позором. Человек, желающий для своей родины будущего».
Читайте также Кавалерийский наскок как рискованное политическое амплуаДо 1996 года Южная Осетия была парламентской республикой. По мнению блогера Алана Парастаева, это оптимальная форма правления для маленькой территории с неустоявшейся демократической традицией и неразвитой политической культурой:
«1996 год, послевоенная ситуация, взбаламученное общество, волнения, боевики, сильно влияние Грузии. Россия слаба, парламент вошел в клинч, депутаты не могут прийти к согласию. Как выход из этой ситуации предложили президентскую власть. С тех пор так и оставили, хотя особого смысла я в ней не вижу. Все эти годы мы приходим к тому, что президентское управление приводит нас к кризису».
Люди устали от безнадеги, и в то же время не факт, считает Алан Парастаев, что они готовы откликнуться на реформаторский призыв. В первую очередь потому, что они не видят перед собой политиков, стремящихся изменить жизнь к лучшему, поэтому любой намек на реформы воспринимается как очередная попытка обмишурить население:
«Если сегодня президент объявит референдум о парламентской республике, все скажут, что он хочет остаться у власти, потому что в парламенте за ним большинство и премьером изберут его. В этом проблема – в каждой реформе общество будет видеть обман, попытку обойти запреты, прибрать к рукам власть и снова оставить народ у разбитого корыта. В этом плане реформы у нас проблематичны.
– Но все-таки есть в обществе запрос на реформы или это темы для экспертных посиделок?
– Запрос есть, но с опасениями. Из-за недоверия люди боятся перемен: лучше уж как есть, чем еще хуже будет. Такие опасения есть в любом обществе, но у нас они особенно выражены».
Текст содержит топонимы и терминологию, используемые в самопровозглашенных республиках Абхазия и Южная Осетия